Татьяна Дерябина. ИЗ ВСТРЕЧ С ВОЛКАМИ.

Хорошо помню мою первую в заповеднике встречу с волком. Я подходила к перекрестку, а по дорожке, перпендикулярно моему ходу, тоже к перекрестку выходил волк. Мы заметили друг друга слишком поздно, чтобы эту встречу предотвратить. Одновременно глянули друг другу в глаза. Это было буквально мгновение. Резко развернувшись, волк неторопливо убежал по своим следам. Теперь они по-другому реагируют на человека, особенно, если ты один. Чаще всего − не убегают, наблюдают, могут даже посопровождать, но это только в «своих угодьях».
DSC03136

***
Быстро прошел теплый летний дождь, я подхожу к барсучьему поселению. Серая тень мелькнула передо мной и скрылась за кустами. Волчица! В буреломе, на поваленных стволах сосен возятся щенки. Очевидно, вышли из норы сразу же после дождя.
DSC09322
DSC09330
DSC09341
DSC09348
Пытаюсь посчитать, получается около 10. Три-четыре щенка явно заморыши – худенькие, передвигаются поодиночке. Есть и мордастые, с толстыми лапами, держатся вместе, заняты играми друг с другом. Но все молча, никто никакого звука не издал. Обеспокоенные внезапным исчезновением матери, они спешно покидают бревна, прячутся в нору. Я терпеливо поджидаю у входа, должен же самый любопытный выглянуть, ведь матери нет и некому предупредить, подать сигнал тревоги. У входа в нору вьется рой комаров, представляю, как они досаждают малышам. Осторожно выглядывает, а потом выходит симпатичный волчонок, но тут же поворачивается и опять в нору.
DSC09349
DSC09354
DSC09352

***
Муху, мою первую собаку в заповеднике, всегда сопровождавшую меня в походах, утащили волки и недалеко от меня. Морозный, холодный день. Много снега и я предпочитаю шагать по расчищенной дороге. Муха далеко позади и часто отвлекается, побежала к кустам. На легкий взвизг собаки я не обратила особого внимания. Погналась за косулями, подумалось мне. Обычно она старалась выгнать зверя на меня или возвращалась «с пустыми руками». На призывный свист не явилась. Пришлось идти назад и свернуть к кустам. Никого не было, лишь истоптанное волками место. Это была особенная собака, из дворняг, сообразительная, умная и, я бы сказала, с юмором. В мое отсутствие ее всегда выпроваживали из комнат. Но если я была на месте, она смело переступала порог, подходила к столу и устраивалась за моей спиной на кресле. Демонстративно развалившись и позевывая, победно поглядывала на присутствующих.

***
Рано утром, на краю поля, зеленеющего озимыми и обращенного к лесу, лежали два зверя – волк и волчица, на расстоянии трех метров друг от друга. Спали, очевидно, крепко. Потому что первой их увидела я, потом заметили собаки, которые были со мной. Так хотелось заснять волков, спящих среди изумрудно зеленеющих озимых! Но все пошло по другому сценарию. Собаки были очень разные – по возрасту, по опыту, по уму. Белка – настоящая породистая лайка, умудренная жизненным опытом, прижалась к моим ногам и не отходила ни на шаг. Батон – помесь дворняги и какой-то гончей, глупый, неопытный, бесстрашный до безрассудства, тут же выскочил из леса и бросился на волков. «Назад, Батон, назад», − отчаянно и безрезультатно кричала я. Дальше было что-то невероятное. Волчица вскочила первой и быстро подалась в лес. Самец бросился бежать по полю. Батон настигал его, носом почти касаясь хвоста. Волк то и дело оборачивался на него, но продолжал бежать, уже направляясь к лесу. Так они и скрылись вдвоем. «Сволочи, заманят глупыша в лес и там разделаются с ним», − горевала я. Бросив свой маршрут, возвращалась с Белкой в Бабчин, оглядываясь и вслушиваясь в любой звук. На душе было погано. Что я скажу нашим сотрудникам? Батона любили за его общительный, беззлобный, простодушный нрав. Он выскочил перед нами у самого Бабчина, вилял хвостом и виновато жмурился. Такой радостной встречи с нашей стороны явно не ожидал. Никаких следов укусов и царапин я не нашла на нем.
И все-таки за свое безрассудство Батону пришлось поплатиться. Приехав на вахту, почти не узнала его. Кожа на голове была снята начисто, и никто не мог назвать причину этого. Отправившись с ним в лес, я обо всем догадалась. Вдалеке дорогу перебежал кабан, Батон тут же испуганно шарахнулся и подбежал ко мне. Раньше, спугивая на лежке секача одиночку, он непременно бросался на него. Секач убегал. Но, очевидно, попался кабан, который ринулся ему навстречу. Батон рано лишился матери, его некому было обучать премудростям жизни, поэтому все приходилось осваивать буквально на своей шкуре.

***
День святого Валентина получился не совсем обычным. Выехали в зону по вечернему режиму работы – с 14.00 до 21.00. Из машины мне пришлось высадиться самой первой у выселенной деревни Дроньки. Остальные поехали дальше на вечерние учеты сов. В Дроньках уже несколько лет подряд обитала рысь и выводила детенышей. Я намеревалась по следам обследовать хоть какую-то часть ее большого участка обитания. Снега очень много и тропить – сплошное удовольствие. Все ее помыслы и делишки – как на ладони. Часа три кружила по ночным свежим следам. Мокрый рыхлый наст совсем не держал. Около шести вечера, не спеша, попетляв еще по дорожным обочинам, вышла на перекресток у начала села, оглянулась. На дороге, по которой мы приехали, вдалеке виднелись передвигающиеся фигурки. «Кабаны вышли», – мелькнула мысль, но что-то заставило уточнить ее, посмотреть в бинокль. Два матерых волка, чуть пригнув головы, рысцой бежали по дороге прямо на меня. Следом за ними виднелись остальные, то ли четыре, то ли пять. Я стояла на перекрестке, в самом начале заснеженной дороги, ведущей в деревню. Вокруг пусто, спрятаться негде. Прикинув расстояние от меня до волков и до ближайшего дома, понеслась к строению. Понеслась – громко сказано, не тут-то было. Сплошные сугробы.
Забаррикадируюсь в доме – пульсировало в голове – не достанут. Дом был самый крайний, со всех сторон окружен снежными заносами. Именно в них и завязла. Барахтаясь, руками вытаскивала утонувшие в снегу намокшие резиновые сапоги. «Старая кляча, ну что тебе надо в Дроньках в это время», – запоздало жалела и ругала себя, злясь от навалившегося бессилия. Дом оказался без окон и дверей. Все было настежь. Надежда забраться с печки на чердак через лаз оказалась невыполнимой – печь разобрали на кирпичи, оставшиеся обломки валялись грудой. Металась по дому в поисках укромного уголка, однако спрятаться, действительно, было негде. Время шло, но никаких признаков приближающихся волков. Ну, вот и все – успокаивала я себя. Они просто пробежали по дороге дальше. Решительно выбралась за угол дома. И тут же пронзительный вой заставил отпрянуть назад. Хоть до утра промерзну здесь, но наружу больше не выйду. За те два часа, что пришлось отсидеть в доме, 5 раз волки начинали выть, то приближаясь к дому, то удаляясь, но не уходили. Явно, интерес у них ко мне был. Может быть, насторожили мои следы (я их во множестве оставила, пока тропила рысь) и они не решались последовать дальше по дороге. Я прислушивалась к каждому шороху во дворе. Чтобы не окоченеть (почему-то и адреналин не помогал) пришлось основательно подергаться и помахать конечностями. Сроду я такой интенсивной зарядкой не занималась. В 20.00 на перекрестке остановилась наша машина. В полной темноте прямо из окна бросилась бежать к перекрестку, больше всего боясь, как бы ребята не решили, что я уже ушла на КПП. Ну а потом, устроившись в теплой машине, с улыбкой смотрела на сверкающие огоньки глаз по обеим сторонам дороги. Матерые быстро метнулись от движущейся машины, а молодежь еще несколько десятков метров маячила в свете фар впереди перед колесами, не решаясь перепрыгнуть возвышающиеся по обочинам сугробы. Как бы действовали волки дальше, если бы мне пришлось просидеть до утра? Выяснить не удалось.

***
4 апреля 9.30 утра. Я нахожусь на окраине Бабчина, шагаю по асфальтовой дороге, ведущей в сторону леса. Большие резиновые сапоги издают громкое шлепанье. У крайнего домика неожиданно треск кустов. Спугнула кабана с лежки – привычно подумала я, поворачиваясь в ту сторону. Из глубины заросшего подворья, перпендикулярно дороге, прямо на меня несется волк. Успеваю отметить здоровенную, широколобую голову, и его взгляд, направленный почему-то не в мою сторону. Пулей через дорогу пронесся мимо. Как говорят в таких случаях — я даже не успела испугаться, лишь посмотрела вслед. Опущенный длинный хвост, линяющая клочьями шерсть. Значит, вместо кабана подняла с лежки волка. Сунулась вглубь заросшего двора в поисках его лежки. А там — металась, нарезая круги, волчица. Очевидно, услышав мое шлепанье, они бросились бежать вместе, но в отличие от самца, волчица меня заметила, и промедлила. Страх перед человеком мешал тут же ринуться на дорогу вслед за волком. Чтобы подтолкнуть ее к окончательному решению – я громко хлопнула в ладоши, и она стремглав понеслась в противоположную сторону от меня и от дороги. Что значит не «свои угодья»! В лесу они вели бы себя по-другому.

***
Недалеко от дороги, в овраге нашла труп волка.
DSC04821
Обычный труп волка, я их в заповеднике находила не раз. Обратила внимание на зубы. Великолепные, белые зубы хищника, но раскрошенные, с обломанными верхушками.
DSC04825
Все стало ясно, когда мне рассказали историю этого волка. Попал в капкан. Какова же была сила челюстей у этого волка и желание освободиться!

11 комментариев на «Татьяна Дерябина. ИЗ ВСТРЕЧ С ВОЛКАМИ.»

  1. Леонид говорит:

    Татьяна, удивляют не встречи с волками, которые могли быть опасны, а незащищенность исследователей ЧЗ. Я думаю, что достаточно было бы обычного газового дробового нагана. В какой то мере и напугать можно, и защититься. А выстрел дробовым патроном с такого нагана с расстояния до 10 шагов очень эффективен. У меня такой наган был. Пришлось сдать органам. Просрочил перерегистрацию на 2 дня.

    • voinovdima говорит:

      Револьверы-травматики (резиновая пуля, дробь) давно запрещены в РБ.
      Это было еще когда вышел закон об оружии и наградное оружие пытались забрать.

  2. Татьяна Дерябина говорит:

    Леонид, я совершенно с Вами согласна. Этот вопрос не раз поднимался сотрудниками научного отдела. Но у нас ведь пока петух не клюнет…..
    В последние годы я ходила с подаренными мне Виктором Козловским специально для этих целей петардами.

  3. Леонид говорит:

    Татьяна, это ведь кто то подарил. Вы наверное видели или слышали скандал с белым медведем. Именно газовый дробовой для работника исследователя с дробовыми патронами в целях самозащиты во время работы в таких опасных зонах. Ведь не только от зверя, но и кто знает с каким зверем в виде человека там можно столкнуться. А ведь все просто. Надо в разрешительную заявление от АН с списком работников. Экзамены по ТБ и пользованию. В разрешительной много таких. В частности мой. Все можно решить. Дробовой патрон запрещен в быту, а в лесу кто запрещал? Тогда и охотничье оружие надо заряжать газовым.

  4. Юрий Емельянов говорит:

    Можно было хотя бы фальшфайеры разрешить. Это же вообще не оружие. В России всюду продаются, а у нас и этого нет.

  5. Romanitro говорит:

    За последние 10 лет его численность увеличилась, но наличие волка, рыси и непрекращающееся браконьерство по отношению к этому виду негативно сказывается на динамике роста популяции.

    • Татьяна Дерябина говорит:

      Две части предложения отнюдь не противоречат друг другу. Просто эти факторы не дают возможности в большей степени проявиться росту численности, сдерживают.

  6. Александр Гладкий говорит:

    Прекрасный очерк.

  7. Сергей Калиниченко говорит:

    Татьяна Григорьевна, мы всегда поражались — как эта хрупкая, кстати, единственная женщина среди вахтового мужского населения научной части заповедника обладает такой смелостью и мужеством, чтобы в одиночку совершать, связанные зачастую с риском, вылазки и тропления. Ведь волчий характер нам тоже немножко знаком — как они к нам в Масанах среди белого дня в окошко заглядывали, да продолжительность жизни наших собачек только они и регулируют. Ну а уж когда за старым бабчинским свинокомплексом (где самое место «Сталкера» снимать) по направлению к барсучьему поселению, мы обнаружили Ваши следы, переходящие в волчьи, тут нашим мистическим фантазиям не было предела…

  8. Татьяна Дерябина говорит:

    Спасибо, Сережа, за напоминание о заповеднике. Скучаю по своим барсукам, зубрам и даже волкам. И все-таки вовремя мы с Кучмелем ушли. Это я о грядущих в заповеднике переменах- вольеры, звери в клетках и пр. страсти. Сочувствую.

  9. Владимир Пенькевич говорит:

    Да, Татьяна Григорьевна у нас женщина смелая и мужественная! Не сомневаюсь, если бы встретился ей медведь на дороге, и его бы заставила заболеть «медвежьей болезнью» и ретироваться… Очерки интересные — тоже навеяли воспоминания о заповеднике, о том прекрасном и интересном времени… Но, права Татьяна, и я вовремя ушел… Жаль, что заповедник может превратиться в… колхоз!

Добавить комментарий