Александр Гладкий. ЗАБЛУДИЛСЯ. ЗАКОН МЕРФИ.

В конце сентября, в пятницу после работы, проходя мимо входа в метро, где толпились бабки, торгующие всякой всячиной, он обратил внимание на изобилие грибов в продаже.

Не поленился подойти и спросить. – Где собирали?

— В Налибокской Пуще, — последовал ответ.

Эта Пуща представляет собой обширный, почти не заселенный людьми лесной массив, протяженностью десятки километров, перемежающийся с такими же необъятными болотами, поросшими чахлой сосной и березой. Местами сохранились отдельные участки реликтовых широколиственных лесов. Территория Пущи объявлена заказником и хозяйственная деятельность на ней ограничена, но грибы-то собирать можно.

— Махну-ка я завтра в Пущу за грибами, — пришла в голову идея, которая сразу подняла ему настроение. — А то не знал, чем себя занять в выходные.

Придя домой, он включил компьютер, погуглил эту территорию, рассмотрел снимки со спутника и карты местности, наметил предполагаемый маршрут поездки. Подготовил большие пластиковые ведра для грибов, нож, бросил в ведро разрезанный с одной стороны большой полиэтиленовый мешок — укрыться на случай дождя и еще один большой мешок из плетеного полимера для грибов, если их окажется уж очень много. Засыпал кофе в термос, чтобы сразу утром заварить, сделал бутерброды. Посмотрел прогноз погоды: «пасмурно, возможен дождь» — нормальная осенняя погода и лег спать пораньше.

Проехав еще затемно сотню километров по трассе до поворота на Налибоки, на рассвете он уже рулил по пущанским гравийкам, которые постепенно перешли в грунтовки, в свою очередь ставшие заросшими лесными дорожками, царапающими борта машины при движении. Грибник решил ехать «до упора», пока есть дорога, справедливо полагая, что чем дальше в лес, тем больше грибов. Наконец дорога закончилась на краю болота.

— Слава Богу, доехал, только есть ли тут грибы? Надо глянуть.

Вытащив из багажника ведро, он сменил туфли на сапоги и пошел в сторону болота, собираясь только заглянуть на него в порядке разведки. Увиденное обрадовало: стайки опят облепили стволики болотных березок; на кочках там – сям виднелись коричневые шляпки подберезовиков; во мху желтели моховики. Срезая грибы, он в приподнятом настроении углублялся в болото, полагая, что там, в глубине его должны быть и россыпи клюквы. Ягода, действительно, стала встречаться, но не в тех количествах, как хотелось бы. Периодически отправляя в рот очередную крупную, розовую клюквину, он резал и резал грибы, пока их не набралось под верх ведра.

— Надо отнести к машине, — решил он, распрямляя спину и оглядываясь. – А где же машина?

Вокруг него был однообразный болотный пейзаж: кочки, поросшие багульником, да чахлые березки и сосенки. Леса за ними видно не было – утренний туман скрывал края болота. Увлекшись сбором грибов, он множество раз менял направление движения и теперь совершенно не представлял в какую сторону надо идти к машине. Похлопал себя по карманам – пусто, только ключ к зажиганию. Компас, мобильник, спички – все осталось в машине.

— Надо попробовать вернуться по своим следам, — он встал, поднял тяжелое ведро и внимательно присматриваясь к вмятинам во мху от сапог, стал делать шаги. Сперва это ему удавалось и он прошел добрую сотню метров, распутывая свои же следы, но вскоре запутался окончательно и в растерянности остановился.

— Заблудился, — зло выругавшись, он почувствовал, как под ложечкой зародилось и стало нарастать паническое чувство.

— Спокойно, главное не паниковать. Как говорил Ален Бомбар – потерпевших кораблекрушение убивает не море, а страх, — он присел на кочку и стал думать, что делать дальше.

Он знал множество случаев, когда заблудившиеся, сильные духом люди смогли продержаться в лесу месяц, а слабые, подвергшиеся панике, не смогли пережить всего одну ночь в лесу и наутро были найдены спасателями мертвыми.

— Так, спокойно. Посмотрим, что у меня есть. Во первых, нож – уже кое-что. Во вторых, ведро, — он высыпал грибы на мох и на дне обнаружил свернутые полиэтиленовые мешки.

Тщательно обыскал все карманы штормовки и брюк в поисках завалившейся случайно спички, но чудес не бывает: откуда у некурящего спички?

-Как это я так лопухнулся? Ведь не пацан – зрелый мужик, сотни раз бывавший в лесу. Болото подвело – ориентиров нет. В лесу бы я не заблудился, — корил себя человек. – Поперся в болото, не взяв компас. Дурак, одним словом. Что же делать?

Стал вспоминать снимки со спутника, которые рассматривал накануне. Болото на них было просто огромное, но не бескрайнее, то есть выход из него есть, надо только его найти. Достав нож, он срезал молодую березку и сделал себе слегу, иными словами посох, чтобы щупать почву перед собой и опираться: болото все-таки, можно и ухнуть в трясину, тогда точно конец.

Пасмурное небо, покрытое напитанными дождем тучами и туман над болотом лишали всякой надежды на то, что выйдет Солнце и позволит сориентироваться по сторонам света. Человек ломал голову над тем, как идти по болоту прямо, в одном направлении и не допустить движения по кругу. Он хорошо знал, что такое «крУжит». Это когда выходишь из одной точки и идешь, вроде, все время прямо, а через час возвращаешься на то же место. И придумал. Березки на болоте росли достаточно часто и он стал при ходьбе делать на них затесы, постоянно оборачиваясь и совмещая их в одну прямую линию. Желтые полоски на стволиках были хорошо видны на расстоянии десятков метров и позволяли выдерживать направление движения.
%d1%84%d0%be%d1%82%d0%be1172-%d0%b4%d0%bb%d1%8f-%d1%81%d0%b0%d0%b9%d1%82%d0%b0

— Эх, еще бы знать, в какую сторону надо идти, — вздохнул он и, полагаясь на интуицию, пошел по болоту, периодически чиркая ножом по деревцам.

К середине дня потеплело, вылезли из своих убежищ комары и лосиные мухи, создавая дополнительный дискомфорт грибнику, но он упорно шел вперед, постоянно оборачиваясь и контролируя направление движения.

— Интересно, сколько я уже прошел? Километра три? Явно пошел не в ту сторону, а может быть я, все-таки, кружу? Может быть, но нельзя менять направление, — думал он, оглядывая однообразный ландшафт.

— Болото в диаметре километров пять – семь, — вспоминал он снимок местности со спутника. – Если я даже прохожу всего один километр в час, делая зарубки, все равно скоро должен выйти.

— А чего, собственно, бояться в лесу? Человек тысячелетиями жил в нем и не пропал, как вид. Как могу пропасть я — HomoSapiens двадцать первого века, вернувшись в естественную среду обитания? – эта мысль подняла настроение и страх ушел совсем.

Впереди открылась поляна, зеленеющая травой и мхом-сфагнумом, лишенная каких-либо деревьев. Он с опаской ступил на нее, пощупал слегой, попрыгал: почва под ногами слегка колыхалась и из нее выступала вода, но держала надежно. Сперва он хотел это место обойти, но побоялся сбиться с направления и пошел напрямую. Ближе к середине поляны, моховая поверхность стала колыхаться и прогибаться сильнее и грибник, опасаясь увязнуть, побежал, но через десяток шагов одна нога провалилась в трясину выше колена и он от неожиданности упал плашмя на живот. Молотом застучало сердце – испугался. Быстро подсунул под себя слегу, оперся на нее и убедился, что тело не погружается в болото. Попробовал вытащить увязшую ногу, но трясина крепко держала ее. Потянул сильнее и выдернул ногу, но без сапога. Идти по болоту с босой ногой очень не хотелось и он, резко развернувшись, засунул руку по плечо в дыру в трясине, нащупал сапог и с трудом вытащил его. Остаток пути до края поляны, чтобы не провалиться еще раз, он преодолел ползком, волоча за собой ведро, сапог и слегу. На сухом отдышался, освободил сапог от воды и болотной грязи, снял верхнюю одежду, промокшую при падении и хорошенько отжал. Холода он не чувствовал – согревал выброс адреналина. Днем было достаточно тепло, при ходьбе даже жарко и до вечера одежда должна была высохнуть на человеке.

— Что за невезение сегодня? В добавок ко всему еще и промок. Хорошо, что хоть сапог болото отдало, — думал он, одевая сырую одежду. – А ведь мог ухнуть обеими ногами – вряд ли тогда бы выбрался. Видел же, что опасное место. Нет, поперся, дурак, напрямую.

Более-менее приведя себя в порядок, он продолжил путь.

Захотелось есть и пить.

— В машине бутерброды и вода, а здесь ничего нет, кроме редких ягод клюквы и подберезовиков с опятами.

Подняв один молоденький подберезовик, он попробовал его жевать и вкус оказался вполне терпимым.

– Что ж, надеюсь до этого не дойдет, но, в крайнем случае, буду есть их, но где мне взять чистой воды?

Вспомнив, что мох на полянке был, буквально, напитан водой, он подошел к ямке, заросшей сфагнумом, взял горсть мха и сильно сжав его в кулаке, выдавил из него струйку достаточно чистой воды.

— Вот и вода, — и следующую порцию воды из мха он отправил себе в рот. – Вполне нормальная, без вкуса, чуть торфом отдает.

Он помнил, что сфагнум содержит в малых количествах карболовую кислоту, убивающую бактерий, в связи с чем, мох почти не гниет и вода в нем чистая. Отжав десяток раз воду из мха в ведро, которое таскал с собой, он вдоволь напился.

Легкий ветерок потянул над болотом, шевеля листья на верхушках березок.

— Ветер… Он мне может помочь сориентироваться, — подумал он, силясь вспомнить направление ветра, указанное в прогнозе погоды, который он смотрел накануне. – Вроде северо-западный и это в городе, а до города больше сотни километров. Однако, он не должен сильно отличаться по направлению. А вдруг я ошибаюсь? – терзали сомнения.

Продолжая путь, он дошел до чахлой полусухой сосны, которые нередко встречаются на болотах. Ей под сотню лет, а ростом она с двадцатилетнюю из за бедности болотной почвы. Ветерок слегка разогнал туман, висевший над болотом и облачность стала менее плотная, чем утром.

— Попробую залезть на дерево, осмотреться.

Это оказалось нетрудным и через пару минут он уже вертел головой в разные стороны, сидя на дереве. Болотный ландшафт, казалось, тянулся бесконечно: березки да сосенки, но вот, в одной стороне на горизонте обнаружилась темная полоса.

— Это лес! Точно, лес! – воскликнул грибник, не веря своим глазам. – И не так уж далеко, не более двух километров. Надо зафиксировать направление.

Спустившись с дерева, он сразу выложил на земле из веток стрелку в сторону леса, чтобы, не дай Бог, не ошибиться направлением. Это открытие придало сил усталому человеку и он, не мешкая, тронулся в путь, по прежнему отмечая его ножом на березках. Через пару часов он, наконец, вышел из болота на край леса и в изнеможении опустился на сухую, твердую землю.

Передохнув, стал думать, что делать дальше. Судя по тому, что лес кардинально отличался от того, где он заходил на болото, до машины было далеко.

– Да и в какую сторону идти-то?

То, что надо идти по краю болота, у него не вызывало сомнения: машина же стоит, буквально, рядом с болотом. Опять стал вспоминать снимок со спутника.

— Подъехал я к болоту с юга. На каком же я сейчас его краю? Судя по направлению ветра, на противоположном. Надо свериться по мху на деревьях.

Обойдя десяток деревьев, он так и не понял, где север, где юг. Мох рос почти равномерно по всей окружности стволов. Вспомнив, что этот способ определения сторон света справедлив только если деревья растут на достаточно открытой местности, стал искать подходящую, да ничего поблизости не нашел – сплошные дебри, заваленные валежником. Стало смеркаться и он понял, что день близится к концу и скоро совсем стемнеет.

— Придется заночевать. Все равно, сил куда-то идти уже не осталось. Болото высосало их напрочь, да и идти по лесу ночью без фонаря было бы безумием. Хватит. Итак столько ошибок за день совершил. Как жаль, что спичек нет. Ночевать без огня в лесу совсем не то, что с хорошим костром. Соорудил себе нодью и спи, только не забывай поворачиваться, чтобы одежда не задымилась. Да и звери огня боятся, не побеспокоят, а так все может быть, — думал человек, выбирая место для ночлега.

Вскоре такое нашлось под мощной разлапистой елью. Почва под ней сухая всегда, даже после сильных ливней, но лежать на голой земле не хотелось и он сделал себе матрас из сахарного мешка, набив его сухим мхом. Все тело на нем не помещалось, но спине и пятой точке было комфортно, а ноги потерпят. Для утепления он нарвал по краю болота увядающей осоки и притащил целый ворох ее под елку. Пока с этим возился, совсем стемнело и усталый человек немедленно заснул, как только улегся на «матрас», накрывшись полиэтиленовым мешком и осокой.

Сколько проспал, он определить не мог, поскольку часов у него не было. Он перестал их носить, как ненужный атрибут после того, как появились мобильники, а на «понты» ему всегда было плевать. Проснулся он от каких-то звуков, раздававшихся со стороны болота: то чавкнет, то хрюкнет, то грязь хлюпнет.

— Кабаны кормятся или лось топчется по болотной грязи.

Испуга не было. Он не раз встречался с ними в природе и знал, как себя вести. Освободив руки из под своего укрытия, он два раза хлопнул в ладоши и громко закричал. Как они ломанулись – только треск и хлюпанье воды и через минуту тишина.

— Хорошо пугнул, больше не сунутся, — подумал он, но сон пропал, да и холод давал о себе знать: одежда до конца не высохла.

Он вылез из своего укрытия и в полной темноте добросовестно выполнил весь комплекс упражнений своей повседневной утренней зарядки, разминая затекшее тело и разгоняя кровь. Затем наощупь забрался на свой «матрас», укрылся и, послушав с полчаса тишину осенней ночи, опять заснул. В течение ночи он просыпался еще несколько раз от нестерпимого холода, от которого его начинало «колотить» — тело трясло неудержимой дрожью, как в лихорадке. Он опять вылезал со своей лежанки и повторял свою гимнастику до тех пор, пока мышцы не разогревались и дрожь не уходила. Ночь казалась бесконечной, а ведь всего-то десять часов темноты. Как не хватало костра, или, хотя бы, какого-нибудь фонарика – кромешная тьма.

Наконец небо стало сереть.

– Ну вот, дождался утра. Хорошо, что дождь не шел, а то было бы совсем худо.

Он стал обдумывать дальнейшие свои действия. – Если исходить из того, что я на северном краю болота, а это, пожалуй, так: слишком долго я шел, то почти все равно, в какую сторону идти, так как болото было на снимке почти круглое. Рассветет, поищу еще раз одиночные деревья, поросшие мхом, сориентируюсь и пойду потихоньку по краю. До вечера, в любом случае, до машины дойду.

Полазив полчаса по дебрям, он все-таки нашел редколесье со зрелыми деревьями, на которых северная сторона ствола сильнее поросла мхом, чем южная. Там же он обнаружил муравейник, который, как известно, обычно располагается с южной стороны дерева, что подтвердило, что юг по мху на деревьях был определен правильно. Достаточно достоверно определив стороны света, он принял решение и двинулся по краю леса на юг.

Идти было тяжело. Сказывались вчерашняя усталость и беспокойная ночь. Приходилось постоянно перелезать через валежник и обходить завалы. В Пуще лесники их не убирают и следующие поколения деревьев растут в прямом смысле на разлагающихся трупах их предков. К середине дня посветлело и через поредевшую облачность проглянул солнечный диск, к великой радости грибника подтвердив правильность выбранного направления движения. Через пару часов он подошел к своей машине.

— Ни фига себе, пособирал грибочков, — произнес он, садясь на сидение. Только теперь он почувствовал, насколько проголодался. Воду из мха он периодически выжимал и пил, но ничего, кроме нескольких десятков клюквин не ел. Достал бутерброды, термос с остывшим кофе и набросился на еду. Глянул на мобильник – связь отсутствовала, так что на болоте он бы ему вряд ли помог, разве что в качестве фонарика или часов. Компас и спички в полиэтиленовом пакетике лежали на своих местах в карманах разгрузочного жилета, который он второпях забыл одеть.

Машина завелась с пол оборота. Глянув на часы, он прикинул, что до темна должен успеть добраться до города и надавил на газ. По дороге домой он постоянно обдумывал случившееся с ним.

— Да, лопухнулся я, заблудился, но пересилил панику и вышел сам, без помощи спасателей, без компаса, мобильника, спичек, воды, еды. Почему так получилось? Пожалуй, переоценил свой опыт, забыл о безопасности. Думал «заблудился» — это не про меня. Со мной такого не может случиться. Однако, все бывает.

Вспомнился закон Мерфи: если какая-нибудь неприятность может произойти, она обязательно случится. Если человек идет в лес, он может заблудиться и к этому должен быть готов.

— На всякий случай впредь, надо будет сообщать кому-нибудь куда еду и никогда не спешить, выходя в лес, а тщательно проверить, все ли взял.

От этих мыслей его отвлек телефонный звонок.

– О, связь появилась, — отметил он.

Звонил друг.

-Привет! Ты где пропадаешь? Второй день не могу дозвониться – «абонент недоступен».

— Заблудился в Пуще.

— Шутишь? Ты заблудился? Охотник, рыбак, турист с двадцатилетним стажем, почти каждый выходной бывающий в лесу и заблудился? Никогда не поверю. Ты, наверное, в женских ногах заблудился, а телефон отключил, чтобы не беспокоили.

— Нет, серьезно заблудился. Приеду, расскажу в деталях.

8 комментариев на «Александр Гладкий. ЗАБЛУДИЛСЯ. ЗАКОН МЕРФИ.»

  1. Татьяна Дерябина говорит:

    Александр, читала Ваш рассказ и с ужасом вспоминала все свои блуждания и по лесам и по болотам в заповеднике. Но я всегда ориентировалась на тропы зверей. Очень хорошо пишите !

  2. Юрий говорит:

    С интересом прочел! Хорошо написано и поучительно!
    Спасибо!

  3. Александр Гладкий говорит:

    Спасибо, друзья, за добрые слова.

  4. voinovdima говорит:

    » Думал «заблудился» — это не про меня. Со мной такого не может случиться. Однако, все бывает.» А я вот никогда не блужу, хотя дорогу не запоминаю и не пользуюсь ориентирами — инстинкт от рождения. Скорее всего так всегда было и у героя рассказа, но в «момент пробуждения» от грибного азарта он мгновенно испугался еще не осознав этого и, вместо того чтобы продолжать движение на инстинкте, перешел к разуму. Испугался не тем страхом, который описан в рассказе, а мгновенным импульсом «пробуждения». А разум штука требовательная. Ему нужны входные данные, время, и он имеет право на ошибку. Возьмет власть, начнет корить: ну чего же ты так, о чем думала твоя дурная голова, компаса не взял, дорогу не запоминал, даже спички забыл, и т.д.. Одни укоры, а помощи мизер. Вот так бесконтрольно испугаться, переключиться, обратиться к разуму я и боюсь больше всего.
    «Вспомнился закон Мерфи: если какая-нибудь неприятность может произойти, она обязательно случится. Если человек идет в лес, он может заблудиться и к этому должен быть готов.» А когда готов и подсознательно это осознаешь, то и не испугаешься вопроса «иде Я?» и не переключишься. Маленький компасок в кармане — он как талисман, не нужен, но успокаивает.
    Конечно связь нужно брать с собой. Ведь всё может случиться даже в сотне метров от машины. А лучше всего сейчас смартфон с Озиком и с картой — покажет ваше местоположение, машину и дорогу (правда есть один не достаток у этой проги — если месяц не пользоваться, то настройка на спутники может длиться минут 20).
    Однако русское авось неистребимо. Поэтому ничего этого я в лес не беру 🙂
    О стилистике рассказа — отлично написано, спокойно и емко. Основной призыв созвучен призыву Алена Бомбара — поборите страх. Тут люди часто теряются и на болотах, и в лесу (особенно пожилые женщины, которые больше подвержены страху). И даже гибнут. Самый яркий пример — трезвый охотник зимой зашел в загон в 13.00, а вышел к людям в полночь на дым бани (мог идти, т.к. полнолуние было). Охотился он здесь 15 лет без сбоев, каждое дерево знал, ан нет, заблудился на пятачке 5 км в диаметре.

    • Александр Гладкий говорит:

      Благодарю, Дмитрий, Вас — опытнейшего следопыта за столь развернутый комментарий и рецензию. Если хоть чем-то информация из рассказа поможет заблудившемуся, буду считать, что цель его написания достигнута.

  5. Юрий Емельянов говорит:

    Забавный случай произошел однажды со мной. Инстинктом, как Дмитрий, я пользуюсь, но компас в кармане все же имею. Так вот, поехали мы как-то по чернику в знакомый лес. Увлеклись, конечно. Набрали ведро, а лес вокруг незнакомый какой-то… И небо серое. Тогда достал я компас и уверенно пошел по стрелке к дороге. Долго шли. Жена начала на меня странно посматривать и интересоваться, а туда ли мы идем.
    — Туда-туда, куда же еще. Компас не обманет.
    Однако вскоре и я засомневался. Вышли на место, которое было мне знакомо. Вот только никак мы не могли на него попасть, ведь оно в противоположную сторону от дороги находилось. Тогда я положился на инстинкт, и вскоре мы вышли на дорогу.
    А дома я вытащил свой старый компас и этот новый, китайский. И сравнил их показания. И знаете что? У китайского компаса северная стрелка была окрашена в красный цвет, а у моего старого советского — в синий! А я-то по привычке по синей стрелке шел…

    • voinovdima говорит:

      У меня тоже есть такой компас 🙂

  6. Леонид говорит:

    Наверное плутать по знакомым местам приходилось многим. Это зависит от погоды. Если туман или пасмурно, не просматривается солнечных лучей и вы периодически не осматриваетесь то потерять направление или заплутать элементарно. Конечно же очень здорово иметь компас. Рассказ поучительный. Спасибо Александр.

Добавить комментарий