Александр Петров. Первый заявленный.

Идея и подготовка.

Был жаркий летний день, и мы с Володей Гогониным поехали в Литовскую ССР на реку Меркис заниматься своим любимым делом — подводной охотой. Нам нравилось даже просто «путешествовать» под водой, а уж если попадалась рыба, то эмоции перехлёстывали. Уловы тогда были отличные, стреляли по 20 – 30 кг крупной рыбы.

Попадались голавли, щуки, реже – подусты, форель и даже хариусы, но королём Меркиса был усач.

Чтобы не дразнить аборигенов обильными уловами, выработали на подсознательном уровне привычку: увидев людей — не маячить перед ними, а по мере возможности укрываться. Чтобы не таскать по труднопроходимому берегу снаряжение и постоянно тяжелеющий улов, стали брать с собой надувную лодку. Один охотится, сидит под водой, а другой с грузом, который тяжелеет с каждой рыбиной, плывёт рядом в лодочке и принимает добычу. Красота! В случае чего оба прячемся в ближайшее прибрежное укрытие.

Как-то из-за поворота реки послышалась литовская речь, и мы зашились в камыши. Смех и голоса быстро приближались и – о чудо! – над зелёным морем верхушек камышей замелькали серебряные бабочки. Одна пара, вторая, третья… Лодки! Но какие-то невиданные нами раньше. Не деревянные, а из брезента, обтекаемые, напоминающие корпус самолёта. Догадались, что это туристские байдарки. Быстро промчались и скрылись за поворотом. Мы долго смотрели им вслед. Это событие царапнуло души, давно уже настроенные на дальние полёты. Прямо тут же приняли твёрдое решение: покупаем байдарки!

Тогда, в 1973-м, на такие приобретения не надо было тратить личные деньги. Достаточно было зайти в завком и толково объяснить суть дела. Для организации отдыха своих работников деньги были всегда, а цена байдарки — около 130 рублей – небольшая, всего одна месячная зарплата.

И вот уже мы с коллегой на Железном переулке, где был склад Белкульторга. Грузим в коляску его тяжёлого мотоцикла «Урал» три туристских байдарки, упакованных в брезентовые чехлы, три трёхместных «Салюта». Это около 100 кг, люлька выдерживает.

Набат романтики зазвучал совсем громко, осталось только решить организационные вопросы. Решили, что судя по названию, туризмом должен занимается Областной совет по туризму и экскурсиям. Туда и направились.
— Желаем присоединиться к какому-либо водному походу, байдарки у нас есть.
— Присоединяться пока не к чему, организовывайте поход сами. Вот маршрутная книжка, вот заявочная, заполняйте и – вперёд.
— А как это?
— А вот так да этак.

И пошли приятные хлопоты. Всё совершенно новое, неизвестное, посоветоваться не с кем. Какой выбрать маршрут? С кем плыть? Когда? Как подъехать, как отъехать…

То, за что берёшься впервые, захватывает и окрыляет.
Но вот вроде все дела завершены, туристские документы заполнены, подписаны и проштампованы. Нашим шефом и консультантом в Облсовете по ТиЭ был Александр Дмитриевич Чеканов, на которого «повесили» спортивный туризм как общественную нагрузку. Хороший человек, ветеран войны, ведал в облсовете вопросами строительства.

С выбором маршрута проблем не было. Знакомая по подводной рыбалке Западная Березина (не путать с той, где тонул Наполеон!) от деревни Бакшты до устья, а дальше Батька-Нёман донесёт до самого Гродно. По карте намеряли 270 км. Каждый наэкономил для похода 11 жарких июльских дней, и при двух днёвках получалось по 30 км в день. Решили, что это нормально.
Немало размышлений и труда потребовала заготовка продуктов. Хотелось побаловать народ вкусненьким, решили на это денег не жалеть. Колбасу, копчёности можно было купить только в Литве, ближе всего – в Друскининкае. Тогда магазины этого 30-тысячного городка кормили дефицитами жителей нашего 300-тысячного.

Гродненцы на всех видах транспорта, в том числе и по железной дороге, накатывались туда волна за волной. Асфальт между городами именовался «Дорогой Жизни». Съездили и мы. Набрали ароматных коричневых колец, прихватили даже копчёный окорок килограммов на 5. Во второй половине похода это богатство начало плесневеть, и мы по вечерам, натерев постным маслом, сушили его у костра.

Окончательно состав группы сложился таким образом:

Экипаж 1, семейство Гогониных:
• Жена Валя, 35 лет, завуч СШ №2.
• Муж Володя, 40 лет, инженер-связист «Гродноэнерго».
• 15-летний сынуля Гена, школьник.
• Собака-такса по кличке Вакса, по фамилии Гогонина.

Экипаж 2:
• Любин дядька Гриша, 58 лет, фельдегерь (почтовый работник, сопровождавший ценные грузы с доставкой адресату).
• Его сын Саша, 26 лет, завхоз музпедучилища.

Экипаж 3, семейство Петровых:
• Жена Люба, 34 года, учительница Лососновской СШ.
• Муж Александр, в семье Алик, возраст Исуса Христа, инженер-конструктор Гродненского КСМ.
• Сынишка Димка, 13 лет. Школьник.

Вопрос о подъезде к начальной точке сплава был решён мгновенно. Гогонину в его родном «Гродноэнерго» по первой же просьбе предоставили грузовик с будкой, на котором было написано «Люди». На нём прилично накрутили по городу, собирая людей и грузы, но в те годы на это никто не обращал внимания. 10 литров бензина туда, 10 сюда – пустяки, копейки.

3 часа весёлого переезда, и мы в знаменитых Бакштах, у моста через Березину. А знаменита была деревня своим продуктом высшего качества, именуемым «бакштанка». Сейчас слава её канула в Лету, а тогда гремела на всю область. Но нас алкоголь не интересовал, не вели даже поиск данного раритета.

Впервые каждому из нас предстояло такое длительное плавание, и каждый волновался: выдержим ли, усидим ли в лодке по много часов, не слишком ли длинный маршрут? Особенно опасались за детей.

Все рвались на воду и мысленно были уже за дальними поворотами. Но пока приехали, разобрались со снаряжением, сварили обед, стукнуло 17 и стартовать уже не было смысла. Пришлось тут же и заночевать. В одной палатке спали женщины и дети, в другой – 4 мужика. Назавтра с утра пришла экскурсия из местных ребят, и под их одобряющие крики и махания руками мы поплыли.

Березина.

Настроение — праздничное, даже сказочное. Свершилось! После примитивных надувных и дюралевых тихоходов, на которых плавали раньше, байдарки казались идеальным плавсредством — такая скорость, такое удобство! Можно даже не грести, всё равно течение несёт к дому.

Но идиллия закончилась на первых же километрах. Оказывается, эти красавицы не очень-то нас слушаются! И сразу же без всяких команд начался неразделимый с водном туризмом процесс – самообучение. Экипажи сами ставили себе задачи, сами их выполняли. Для начала учились выполнять самое простое. Не так-то просто даже синхронно грести, особенно назад. Не умея, и лодку не повернёшь. Самый примитивный способ – все гребут с одной стороны, более сложный и действенный — один гребёт вперёд, другой — назад с противоположного борта. Отрабатывали на практике чалку, посадку, высадку. Всё это было интересно и только украшало поход, было его изюминкой. Ведь поход-то спортивный, не просто глазение по сторонам! Тогда ещё не знали, что такой тренировочный процесс – неотъемлимая часть любого похода и продолжается он всю активную туристскую жизнь. Лишь уровень обучения становится всё более высоким.

Учились не только технике управления байдаркой, но и многому другому. Как стать для всех или хотя бы для большинства приятным и полезным спутником, т.е. основам психологической совместимости. Как и что в походе фотографировать, как бороться с комарами, как у костра высушить мокрую одежду и не сжечь её, как не замочить продукты, спальные вещи, сварить еду повкуснее, выбрать место для лагеря, плыть в плохую погоду…

А для начала зашли в прозрачную Ислочь и настреляли рыбы на уху. В Березине вода почему-то была мутноватой на протяжении всего сплава, подводная охота не получилась. Хотя раньше здесь проблем ни с прозрачностью, ни с количеством рыбы не было. Пришлось ловить стандартными способами — на удочку, спиннинг.

Главным рыбаком был Володя Гогонин, но самую-самую щуку нагло поймал его сын, чем нанёс батьке удар под дых. Помню Генкино виноватое лицо, когда он с добычей подходил к лагерю.

Только-только уха из этой щуки, прямо из реки прыгнувшей в котелок, начала кипеть, как с неба хлынули потоки воды. Они залили бы наш костёр за минуту, но к нему бросились голые тела, натянули пластиковую плёнку и мужественно держали её над огнём весь ливень. В корыто из плёнки набралась вода, которая не позволяла ей расплавиться. Уха была спасена.

Мы отдыхали, тренировались, веселились и наслаждались красотой реки и Налибокской пущи. После впадения Ислочи она окружила Березину своими красивыми лесами. Массив пущи – самый большой в Беларуси, по площади больше территории Ливана или Кувейта. Сохранился этот огромный лес по очень простой причине – почвы здесь совершенно неурожайные, попытки раскорчевать лес под пашню не окупались, и его оставили в покое.

Ну что ж, нет худа без добра: меньше людей – лучше сохраняется природа. Березина – жемчужина пущи. Когда-то давным-давно тяжкими трудами пробила она себе дорогу через глухие леса и теперь заслуженно отдыхает, не спеша неся к Неману избыток налибокской влаги.

Поворот за поворотом — то крутой, то не очень, то налево, то направо – голова может закружиться! Но только не у реки. Она не заблудится, дорогу знает прекрасно. Русло её в светлом песке прорыто основательно, глубоко. На быстринках – рябь, в заводях по пояс в воде стоит камыш, мята и другая красота, на берегах в рот просится красная поречка. Обратите внимание: не смородина. Белорусы очень метко назвали ягоду по месту произрастания в дикой природе. Кусты незрелой пока калины, черёмухи, непроходимые для полуголого человека заросли высокой травы, где бал правит крапива.

Самые большие украшения реки – её омуты. На Березине их больше, чем на других наших реках. Почти каждый окружают густые деревья, наклонённые в сторону воды и создающие загадочный полумрак. Река обычно здесь расширяется и образует озерцо со слабым течением. Сами омуты глубокие, часто до дна завалены утонувшими деревьями, схватившимися друг за друга сучьями. Рай для большой и малой рыбы.

Для подводного охотника тоже рай, но и опасность – можно в подводных джунглях зацепиться за острый сук, а то и заблудиться, не найти дороги наверх, к воздуху. Любимое место жительства сомов, по количеству которых среди прозрачных рек Березина – один из лидеров. Даже не ныряя, а просто проплывая на байдарке и вглядываясь в глубину пучины, ощущаешь непонятное волнение, словно омут приглашает тебя, чтобы поделиться кусочком своей тайны.

Поразила речушка Волка. Её вода – красная! Это не фабрика краску сбросила, а естественный, природный цвет. Такого чуда больше нигде не встречали.

Необычно и Чёрное озеро — глухая затока с левой стороны, что открывается двумя километрами ниже деревни Поташня. Вода в ней чистая, но густого чёрного цвета. Поверхность озера украшают обильные заросли кувшинок, со всех сторон обступили широколиственные деревья.

Да и почти повсюду красивых мест на берегах сколько угодно, одно лучше другого. И для ночлега, и для купания.
В Поташне было забавное приключение. Захотелось чего-либо вкусненького, и Саша пошёл в деревню с авоськой поискать магазин и при возможности дать телеграмму. Проходит полчаса, а его всё нет. Наконец возвращается, издалека расплываясь в улыбке. Если пришёл, да ещё и улыбается, значит, всё хорошо.
— Что так долго?
— Нанимали меня на работу.
— ???
— Просили отпеть покойника.
Саша парень видный, солидный, с длинными волосами, бородой. На лице всегда серьёзность, какое-то одухотворение. Не удивительно, что его приняли за отдыхающего на природе молодого батюшку.
— А что так долго пропадал?
— Смотрел с мужиком, как на яблоню садился рой пчёл, а потом – как этот мужик его ловил.

Ниже ширина реки достигает 50 метров. По сухим берегам растут дуб, ольха, ясень, береза, ива, изредка высокие сосны. Лес то придвигается к воде и мочит в ней ноги, то расступается, открывая лужайки со стогами. Русло делает последний крутой поворот влево, деревья исчезают, ольшаник по берегам редеет, и напротив длинного песчаного пляжа Березина сливается с Неманом.

Неман.

До Гродно остаётся 237 км. Хотя в этой точке Неман не назовёшь большой рекой, но что-то величественное ощущается, как в молодом щенке крупной породы. Долина хорошо проработана. Меандры плавные, протяжённые, острых поворотов нет. Много простора, воздуха, хороший обзор. (Хотя, когда смотришь из самолёта, Неман превращается в тонкую кривую ниточку, и величие его как рукой снимает).

Приятнее плыть у берега — больше увидишь.

По узкой реке плыть по серединке интересно и приятно – всё близко, всё можно хорошенько рассмотреть. С точки зрения конструктора — крупнее масштаб. Если же плыть по большой реке, то эффектнее возле берега. Когда он несётся рядом с лодкой, скорость кажется большей, чем есть на самом деле. Но, хоть Неман и широк, хоть раз проплыть по главной водной артерии региона просто необходимо для престижа.

Средняя скорость течения Немана около 3,5 км/час, но может на некоторых участках достигать 6 км/ час. В принципе на ровных, гладких кусках любой реки наибольшая скорость течения на её середине, берега всегда подтормаживают струю. На поворотах, мелях картина меняется. Течение шарахается от берега к берегу, быстрые потоки могут появиться где угодно. И, если хочешь плыть поскорее, надо издалека высматривать самую быструю струю и выгребать туда.
Если верить книге Успенского «Тайный советник вождя», однажды сам товарищ Сталин совершил водный поход на деревянных плоскодонках по подмосковной Истре. И привлёк к этому делу своих коллег по власти, членов Политбюро Микояна и Ворошилова, а также жену Надежду Сергеевну, известного Власика и «мистера Х» — тайного советника вождя. Лодки было две, охрана на глазах не маячила, пряталась на берегах.

Автор интересно расписывает философию и стратегию похода. Особенно подробно описал один из элементов тактики — прохождение «супергруппой» крутых поворотов. Как вождь, Сталин был убеждён, что самый быстрый путь – по прямой, и давал команду своему экипажу срезать повороты. Другая же лодка под капитанством Микояна плыла куда несло — по большому радиусу, возле самого берега. И как лично товарищ Сталин и его команда ни упирались, лодыри проходили поворот быстрее. Это его злило, хотя поход в целом понравился.

Для придания романтического колорита они, словно настоящие туристы, сами организовали перекус – привезли с собой продукты, разожгли костёр, жарили шашлыки. Понемногу выпили, по очереди рассказывали анекдоты. Интересно, что Сталин рассказал и ныне популярный про грузина, который за рубль переносил людей по бревну над пропастью, а когда уронил одного, сказал «Да бог с ним, с рублём». Всё как у людей…

У нас опыта было побольше, ошибка Сталина была уже пройденным этапом. Всегда старались плыть по самой быстрой струе. Хотя, признаемся, иногда тоже действовали по-сталински…

Красоты Немана разнообразны. Преобладает величественное течение в обрамлённом лесами русле. Есть широкие разливы, есть сжатые глинистыми берегами быстрые потоки. Изредка, разрезая воду, принесённые когда-то ледником валуны рисуют на ней после себя два уса. Много песчаных мелей, есть и каменистые. Некоторые перекрывают реку по всей ширине, приходилось выходить из байдарок и, как в детстве, тащить их за верёвочку. Это каждый раз удивляло – такая речища, а надо идти пешком.

Украшают Неман острова. Они очень разные. Много «временных» низких песчаных островков. Весной паводок некоторые из них заливает, смывает всю растительность, но за лето песок и галька успевают обрасти мать-и-мачехой и даже невысокими кустиками быстрорастущей ивы. Это любимое место околоводных птиц, здесь их почти всегда можно увидеть. По песку бегают кулики, сидят чайки, неподвижно замерев и стоя по колено в воде, караулит добычу серая цапля. Если повезёт, можно увидеть как по-деловому, не вертя головой по сторонам, расхаживает чёрный аист.

Кулики и чайки здесь же и гнездятся, прямо на голой земле среди камушков лежат яйца и прячутся замаскированные под камушки птенчики. Конечно, от таких островов нужно проплывать подальше, тем более нельзя выходить на них. Птицы, особенно чайки, поднимают гвалт, волнуются, стараются прогнать агрессора, и в этой суматохе могут пострадать птенцы. Однажды в хвостовой части такого островка заметили спину заплывшего на мель большого сома. Бросились к нему бегом, но сом «держал ситуацию под контролем» и сбежал.

Реже встречаются высокие острова, поросшие лесом, некоторые даже напоминают средневековые замки. И если на них есть дрова, лучшее место для ночлега трудно придумать. Ко всем прелестям природы добавляется ещё одна – иллюзия уединения, отрыва от мира сего. Пару раз в этом походе получали такое удовольствие.

Почти вся группа в сборе

Много на Немане прекрасных песчаных пляжей, которые в жаркий день трудно пропустить — останавливались и купались.

Осматривали, чуть-чуть заплывая в них, низовья почти всех крупных притоков Немана. А именно:
Гавья. До Гродно ровно 200 км.
Дитва 181 км
Молчадь 160
Лебеда 139
Щара 96
Зельвянка 78
Россь 66
Свислочь 28
Котра 22 км
Позже все эти притоки с выходом в Неман потом были пройдены гродненскими группами.

В устье Лебеды нашли по нынешним меркам настоящее богатство. На небольшом пляже из песка выглядывали с десяток морёных дубов в прекрасной кондиции. Провели маленькие раскопки, поцокали языком – чёрное золото. Отпилили по кусочку. Уже тогда сквозь туманную даль пятнадцати лет пробивались зачатки предпринимательства: знакомый рассказывал, что делает из чёрного дуба великолепные журнальные столики. Через несколько лет снова проплывал здесь, но от морёных дубов уже не осталось и следа.

Кроме украшения маршрута, устья притоков – заметные и надёжные ориентиры. Оттепель не коснулась продажных (продаваемых в то время в магазинах, иных не было) карт, заведомо искажённых по какой-то математической формуле ещё во времена Берии. Но водники от этого страдали мало: река несла куда надо, не взирая на ложь карты. Устья притоков, деревни, мосты – этого для ориентирования хватает. Километраж определяли весьма приблизительно, перемножая скорость на ходовое время. Скорость же зависит от характера реки, интенсивности гребли, направления и силы ветра. Чаще всего принимали её равной 6 – 7 км/час, хотя сильный встречный ветер иногда даже останавливал наш караван.

Если же дул попутный, мечтали о парусе. За зиму раздобыл материалы и сделал для своего «Салюта» парусную оснастку. Разные втулочки, переходники – из морёного дуба, подарка Лебеды. При хорошем ветре под парусом однажды удалось перегнать даже наш главный теплоход «Ольга Соломова». Вот уж гордости было: «Эй там, на барже! Подбросьте уголька!»

Единственный раз, живя возле Немана почти 30 лет, встретил профессиональную рыболовецкую бригаду. 4 человека, две моторных лодки, свыше 100 метров сети высотой 6 метров. Спросив разрешения посмотреть, остановились и около часа наблюдали за их работой. Зная, что в этом месте фарватер чист, рыбаки протянули сеть полкилометра. Мы ожидали, что при таких масштабах улов будет огромным, но были сильно удивлены, увидев всего-то штук 5 лещей. Стало понятно, почему на Немане не развито профессиональное рыболовство. Хотя рыбаки сказали, что раньше было о-го-го, да и теперь иногда попадается…

Дни щёлкали, как костяшки на счётах. Дискомфорта, неприятностей вроде и не было – одни удовольствия. Встречные ветра, дожди, всякое там комарьё уже не замечали. Неман не ставил сложных технических задач, а мы за неделю заметно повысили технику управления своими «ласточками».

Запомнился эпизод в устье Росси, где у нас был ночлег. На закате солнца, переделав все дела, наши дамы отдыхали — сидели над песчаным обрывом, слушали транзистор. И тут над рекой зазвучал знакомый баритон:

Ты – моя мелодия, я – твой преданный Орфей…

Я взглянул на их лица и замер. Они выражали волнение, чувственность, переживание. Голос молодого красавца Магомаева, прекрасный уголок природы и очаровательный вечер глубоко растрогали. И это было очень приятно.

На берегах Немана много населённых пунктов, но один из них особенный. В 40 км перед Гродно на высоком левом берегу мелькают домики деревни Богатыревичи. Здесь долго жила и работала Элиза Ожешко, и воспела этот край и его жителей в романе «Над Неманом». Как бы вы ни торопились, а памятник легендарным Яну и Цецилии посетите обязательно. Он находится в конце деревни, возле оврага, в 50 метрах от Немана. Тогда, в 73-м, памятник был в плохом состоянии. Его деревянной доминанте — кресту и фигуре распятого на нём Христа было уже много лет.

У могилы Яна и Цецилии.
Люба, Валя, Гена, Дима и автор.

Зашли в ближайший дом попросить молочка, и нам невероятно повезло. Встречать вышел… Главный Богатыревич. Человек в больших годах, с ярко-белой головой, яркими мыслями и словами.

— Да, Ян и Цецилия – наши предки, от них пошли и наши фамилии, и название деревни. Пани Элизу не помню – когда она здесь жила, я был ещё маленький. Это не просто памятник, а могила. Видели там два камня? Левый — Ян, правый – Цецилия. На время войны я фигурки спрятал в подвале. Сейчас известный в нашем районе мастер по изготовлению церковных фигур по фамилии Бык вырезает новые.
После разговора снова подошли к оградке. В мире много памятников литературным героям. В Бухаре здоровались с бронзовым Ходжой Насреддином, сидящем на своём знаменитом ишаке. Не один Дон Кихот украшает города Европы, а в Минске площадь Якуба Коласа заставлена скульптурами героев его произведений. Здесь всё скромнее, но зато своё, родное.
Свая пісьменніца, свой родны кут. Свае легендарныя героі рамана. Простыя людзі — жыхары вёскі, якія без дапамогі дзяржавы, з уласных ініцыятыў і коштаў стварылі гэты помнік і прыглядаюць за ім.

Позже памятник обновили, но он по-прежнему скромный. К сожалению, жители Гродно бывают здесь редко. Куда больше польских туристов, они приезжают сюда большими автобусами. Элизу мы ценим как известную землячку, а вся Польша – как национального литературного гения.

Ещё одна достопримечательность этой точки – геологическое обнажение «Самострельники» в овраге Яна и Цецилии. Здесь сохранились озёрные отложения, богатые остатками древней флоры (101 вид), существовавшей 95 – 115 тысяч лет назад.

Последний день сплава – и мы в окрестностях Гродно. Свислочь, Котра, высокие городские мосты. Поход окончен.

Итоги

В официальных отчётах о походах должен быть раздел «Итоги». Кое-какие из них подведём и мы.

Проплыли по двум рекам 270 км, пересекли нашу область с востока на запад. Полюбовались красотами Гродненщины, посмотрели, как живут «речные» люди. Узнали, как область выглядит с уровня воды своей главной артерии. Освоили азы походного быта, который сразу очень понравился. Научились получше управлять байдарками, подкачали мускулы. Ну и, конечно, великолепно отдохнули.

Уже в этом походе зародилась будущая традиция – в последние ходовые дни выбирать следующий маршрут, сроки его проведения, костяк группы. Этот поход понравился настолько, что решили через месяц сходить на Зельвянку, что и сделали.

Валя, Гена и дядя Гриша в категорийных походах больше не были. Саша и Дима побывали в «двойке», Люба дошла до «четвёрки», а Володя летал по сибирским «четвёркам» и «пятёркам».

Но главное – поход был первой гродненской молекулой официального туризма. Число молекул стало расти, они соединялись, между ними появлялись прочные связи и образовался живой, действующий организм – спортивный туризм.

7 комментариев на «Александр Петров. Первый заявленный.»

  1. Александр Гладкий говорит:

    Как здорово, когда есть что вспомнить. Давайте ещё!

  2. Леонид говорит:

    Да, вы прошли мои родные места. Артель из д. Збляны постоянно промышляла ловлей рыбы. Были там знакомые моего отца и всегда они его угощали хорошими лещами и щуками. Раньше на Немане, для поддержания глубины русла строили дамбы. Вбивали колья и переплетали ветками, которые рубили в лесу. С них очень хорошо ловились щуки. До сих пор на берегу и прямо в русле реки стоят доты для охраны ж. д. моста (ст. Неман) Они построены еще в 1914 г. А посреди речки, рядом с жд мостом, образовался остров (300м х 800м) полный паречками. Приятные и хорошие вспоминания, спасибо.

  3. voinovdima говорит:

    Как всё красиво начиналось…

  4. Татьяна Дерябина говорит:

    Конечно, с такими мужчинами любой поход удастся!
    Александр, спасибо за воспоминания.У Вас всегда это интересно получается.

  5. Александр говорит:

    Увы! Ко мне подошло золотое время, когда

    НАМ ЖИТЬ ПОРА ВОСПОМИНАНЬЯМИ…

    Пьеха, правда, пела наоборот, но это по молодости, мудрость тогда к ней ещё не пришла.
    Принято считать, что турист проходит маршрут три раза. Сначала когда готовится, изучает его. Затем непосредственно в пути. И, наконец, когда пишет отчёт о походе.
    Раньше и я был того же мнения, но сейчас с этим не согласен. Самые яркие маршруты проходишь десятки, сотни раз — всю жизнь, пока есть память… Когда на душе тяжело или радостно, когда ты за праздничным столом или в одиночестве, вдруг какая-то кнопка внезапно включает прошлое, и ты снова не маршруте. Словно искры далёких по времени и расстоянию костров, взлетают походные эпизоды, и ты опять переживаешь и волнуешься…

    • Юрий Емельянов говорит:

      Здорово это Вы, Александр, переживания о прошлых путешествиях выразили! Все так и есть. А к Александру Петрову мириады таких искр, наверное, прилетают. Он прошел много интересных маршрутов.

  6. Краснянская надежда говорит:

    Маршрут очень интересный,вот и нам,кто помоложе ,посчастливилось,читая этот рассказ, мысленно там побывать , полюбоваться притоками Немана и спокойной природой Белоруссии Особенно понравилась огромная щука ,представляю какая была вкусная уха из нее А самое познавательное как зародилось это хобби и увлеклись этим три семьи на долгие годы С удовольствием читаю твои книжки А один маленький рассказов просто как повторение пройденного!!! Надя

Добавить комментарий