ХОЧУ ОБНЯТЬ В БАНЬКЕ ЧАВЫЧУ

Когда сплавляешься по таежной речке в ненаселенке, которая тянется на многие сотни километров, за каждым поворотом открывается что-то новое, невиданное не только тобой, но и людьми вообще. Например, в верховьях Гонама наш плот вылетел из-за скального прижима, и мы увидели маленькую прибрежную полянку, малюсенький белый галечный пляжик, огромного черного медведя, который неподвижно стоял на отмели. Ширина реки была совсем небольшой, и быстрое течение пронесло нас всего в паре метров от него. Мишка растерялся и не двигался, т.к. оранжевую лодку, ощетинившуюся шестью блестящими дюралевыми веслами, видел впервые. А когда опомнился и понял, что на его реке творится непорядок, догнать нас уже не смог. Хотя очень старался. Каждодневный зоопарк с оленями, лосями, глухарями, а теперь и медведями наглядно подтверждал наше пребывание в абсолютно глухой тайге.

Каждый такой поход дарит массу впечатлений, многие сразу или со временем забываются, но самые сильные связаны со встречей человеческого жилья там, где его просто не может быть по определению, и остаются в памяти навсегда.
Яркое воспоминание связано у меня с баней на берегу безымянного ручья на Камчатке. Переполненные впечатлениями от Долины гейзеров, встреч с хозяевами нашей реки – медведями, от клева хариусов и прыжков горбуши прямо в наш плот, мы думали, что ничего принципиально нового уже не увидим. Однако наш руководитель Олег лишь загадочно улыбался в ответ на такие высказывания и просил подождать дневку.

Выход в долину гейзеров

На дневке был запланирован 2-дневный сухопутный поход длиной 11 километров в один конец, вдоль безымянного ручья. Глядя на этот загадочный график, мы представляли себе непроходимые чащи и неприступные скальные выходы, по которым будем непонятно зачем продираться и карабкаться со средней скоростью 200 метров в час. Однако под ногами была еле заметная, но удобная тропа неизвестного происхождения, проходящая по прозрачному «парковому» белому березовому лесу, покрытому свежей изумрудной листвой. Рябины не уступали березам по высоте, встречались курильские лиственницы с мощной кроной и фиолетово-розовыми ветвями. На самом берегу мощного хрустального ручья, который то убегал далеко в сторону, то прижимался к тропе, росли чозения и привычная нам ива. Через частые низенькие водопадики иногда прыгали увесистые рыбины, которые уже не вызывали у нас удивления. Воздух был насыщен птичьим гомоном, шепотом крон и жизнью. Лучи солнца разбивались на множество пятен и дрожащих пятнышек. По такому эдему мы двигались быстро. Через полтора часа тропа вывела нас на берег изумительно прозрачного озерца, окруженного со всех сторон стеной уже зацветающего шиповника, который источал густой аромат розы. Оно имело почти круглую форму диаметром метров 10 и глубину в 1,5 метра. Если бы не рябь, создаваемая впадающим ручьем, то воды вообще не было бы видно. В ней неподвижно «парили» несколько рыб. На пляжике из меленькой гальки стояла свежесрубленная просторная банька-пятистенка, крытая шифером! Да еще и с солидным запасом сухих березовых дров. Наши привычные ко всему челюсти отвисли. В полной ненаселенке, минимум в 100 километрах от ближайшей дороги…
В четырех метрах выше по течению виднелось еще одно такое же озерцо, но глубиной всего сантиметров 40. Когда мы вышли на его берег, то челюсти потерялись вообще. В нем как будто не было воды, вся акватория была полностью забита разноцветной рыбой, без единого свободного места! Горбатые, острозубые, розовые горбуши, огромные чавычи, ярко-красные нерки с зеленой головой отдыхали перед очередным прыжком через довольно высокий водослив ручья.
А еще одна неразрешимая загадка ждала нас внутри бани. В большом зале была сделанная хорошим столяром мебель: кровати, стол, лавки, стулья, шкафчик с посудой, керосиновая лампа и даже роскошные рога оленя на резном медальоне. Дверь плотно заходила в проем, имела два мощных наружных заводских засова, окна были забраны крепкими и очень частыми стальными решетками – видимо, от медвежьих шкод. В парной стояла финская печь с металлическим каркасом. Здесь к аромату розы примешивался приятный запах березового дегтя и бревен лиственницы. Срубик был сложен очень аккуратно, «бревнышко к бревну», которые были идеально окорены и светились янтарным блеском. Каждый из нас ощущал себя Машенькой, зашедшей в дом медведей. Откуда здесь, в этой глухомани, все это? За весь сплав, кроме самого старта, мы не встретили ни одной площадки, пригодной для приземления вертолета, а доехать сюда на вездеходе вообще невозможно! Неужели все это было привезено к старту на вертолете, сплавлено на катамаране по порожистой реке, а потом перенесено пешком? Однако другого объяснения в голову не приходило.

Сухие березовые дрова, отличная печь в сочетании с идеальной теплоизоляцией сруба позволили начать бальнеологические процедуры уже через 3 часа. Продолжались они 5 дней, которые потом мы наверстали, уплотнив график сплава. Продолжались бы еще, но никто не сбросил нам с вертолета мешочек с батонами. После этого приключения я не могу спокойно смотреть на красную икру, для пополнения запаса которой нужно было всего лишь выскочить из парной в воду и осторожно прижать к груди первую подвернувшуюся под руку рыбину, заставить ее чуть-чуть «поделиться» и отпустить. Над местом этим «царило заклятие» от любых кровососущих «друзей» и плохой погоды. Самый настоящий рай.
Перед уходом мы убрали абсолютно все, ни одного бычка не пропустили в траве. Чародею-хозяину мы оставили письменные извинения за то, что не удержались и пользовались его баней, и еще восторг и благодарность. Пополнили его запасы чая, соли и сахара в туесках, набили до отказа склад колотыми березовыми дровами.

Когда на моей, удаленной на 5 километров от ближайшей дороги, усадьбе зацветает живая изгородь из шиповника, от его аромата я испытываю желание «повторить», но 7000 километров и аренда вертолета угрожают смелым прожектам множеством рублевых нулей. Зато, издалека, мотивация создателя этого рая стала понятной. Будь до этого озерца не 7000, а хотя бы 700, я бы тоже отважился на такое строительство.
И еще. До сих пор те редкие женщины или мужчины, которые используют розовый парфюм, подсознательно воспринимаются мною как большие, холодные, красивые рыбы, независимо от их роста и внешности…

Один комментарий на «ХОЧУ ОБНЯТЬ В БАНЬКЕ ЧАВЫЧУ»

  1. leonid говорит:

    Очень хороший рассказ. С удовольствием прочитал. Спасибо.

Добавить комментарий