Юрий Емельянов. Очаги жизни. Часть 5.

Черная пустыня

Полоса облаков медленно наплывала на перевал Толуд, погружая дали в белую мглу (видео). Временами висящая кисея редела, и границы нечеткого, но зримого мира расширялись, выхватывая все реже встречающиеся разноцветные распадки: мы медленно, но неуклонно приближались к зоне свежих извержений.

Фото 1. Разноцветный распадок

Растительность скудеет на глазах, разрывается в отдельные пятна. Исчезают вроде бы вездесущие сурки и евражки. А вот медвежьи следы встречаются повсюду, даже на сплошных выжженных полях. Вряд ли они ищут здесь еду. Скорей просто мигрируют из лесной зоны в тундру и обратно.

Фото 2. Следы медведя на вулканическом песке

Фото 3. Плантация карликовой ивы

Фото 4. Впереди – черная пустыня.

И вот уже только черные пустоши уходят в туманную даль. До самого горизонта – черная пустыня, черный песок. Рябь на поверхности от ветра, небольшие барханчики – все как в настоящей пустыне. Для полноты ощущений не хватает только иссушающего солнечного зноя. Напротив – кутаешься от пронизывающего ветра и почти горизонтального дождя: косые струи бьют в ноги и стекают ручьями внутрь ботинок. Холодно!

Фото 5–7. Черная пустыня.

Но даже в таком, казалось бы, гиблом месте упрямые растения используют любую возможность зацепиться за ненадежный грунт и выжить.

Фото 8. Растения на шлаковых полях недавних извержений

Радуют встречи скуртинкамицветущего иван-чая – родственника нашего соотечественника, любителя лесных вырубок и пожарищ. Светолюбивый кипрей первым торопится занять свободную жилую площадь. Но пройдет время, и у него появятся соседи. Они ждут, когда штурмовая группа укрепит завоеванный плацдарм, чтобы окопаться рядом. Лучшего места, чем рядом с кипреем не найти. Защитит от ветра и холода, как защищает он только проросшие сосенки в наших краях. Заботливый цветок – так о нем отзывался Константин Паустовский.

Фото 9. “Штурмовая группа” захватила плацдарм

Камнеломке не нужны помощники. Она сама оккупирует голые камни, укореняясь в трещинах и постепенно формируя ковер из характерных красно-зеленых розеток.

Фото 10–11. Камнеломка.

 

Миниатюрные колокольчики контрастно синеют на черном фоне. Аборигены Дальнего востока. Вулканические шлаковые поля – их родной дом.

Фото 12. Колокольчик волосистоплодный

Не сторонится черной пустыни и мак мелкоплодный. Удивительно, что одновременно, на небольшой площади, можно увидеть и его желтые цветы, и уже пустые семенные коробочки, и даже свежую поросль листьев!

Фото 13–15. Мак мелкоплодный

Среди разнообразия растений обращали на себя внимание миниатюрные “кочанчики” эрамнии парриевидной. Розетки листьев теснились стайками, образуя необычные формы. К примеру – “подкову” на счастье.

Фото 16. “Подкова” на счастье (Эрмания парриевидная)

Редко, но попадаются даже какие-то грибы.

Фото 17. Грибы

Непросто выжить в таких условиях. Некоторые и не выживают. Вот как эта карликовая ива – от нее остался лишь скелет, распластанный по черному шлаку.

Фото 18. Погибшая карликовая ива

 

Сухие реки

Выживание растений в этой местности, фактически вулканической пустыне, осложняется еще и сезонным дефицитом воды. Единственным ее источником (не считая осадков) являются снежники и ледники. Весной и в начале лета реки и ручьи, а их здесь немало, наполняются талой водой. Но затем напор воды ослабевает и многие русла высыхают.

Сухие реки – характерная особенность этой местности. Воду можно всегда найти в ручьях на склонах вулканов, но они, водопадами скатившись по крутым склонам, почти сразу исчезают после выхода на шлаковые поля. Мы были немало удивлены, не найдя продолжение вполне полноводного ручья уже в нескольких десятках метров от того места, где можно было даже при желании окунуться.

Фото 19. Исчезающий ручей

Фото 20–21. Сухие реки

Причина этого явления проста: многометровые отложения шлака настолько пористые, что вода просто уходит вниз, просачиваясь через них как сквозь сито.

Местами старая лава образует монолит. Ручейки воды протачивают в нем аккуратные желоба, напоминающие водопровод древней цивилизации.

Фото 22. Вода проточила желоб в монолите лавы

В районе последних извержений на большой площади есть только один родник с водой, и тот хилый. Питает его ледник, расположенный под толстыми вулканическими наносами. Но выход родника столь незначителен (около ведра в сутки), что на всех туристов, приезжающих на стоянку “Клешня”, воды просто не хватает, поэтому необходимый запас привозят с собой.

Фото 23. Ледник под слоем шлака

Те ручьи, что остаются к концу лета, зачастую мутные и часто обладают специфическим “минеральным” привкусом. От крупного осадка еще можно избавиться, поставив воду отстаиваться на ночь. Но вот привкус останется.

Фото 24. Мутный ручей (ручей Размывочный).

Добавить комментарий