Последний из могикан.

Итак, мы в Карелии на озере Ушково в брошенном поселке Ушково, в котором проживают всего два коренных жителя, старые карелы – Иван Стафеевич и его жена.Сюда мы попали после тяжелого пути из Минска на джипе, на катамаранах и байдарке, на своих двоих (стертых до мяса) по болотам и тайге под дождем и снегом. Замерзали в мокрых спальниках под порывами ледяного ветра, не могли оторвать сведенные холодом пальцы от весла. Тяжела была дорога страждущих до охотничьего и рыбацкого рая.
Но все проходит — мы обжили брошенный северный дом, погода установилась отличная. Октябрь, нет даже намека на знаменитую карельскую мошку и комара. Охота отличная, рыбалка фантастическая, нового опыта и впечатлений масса. Да, рай.
Озеро огромное, противоположный берег едва просматривается на горизонте. Проточное, через него протекает река Охта. Глубокое, холодное, сверх-прозрачное и рыбное, вода питьевая, необычайно вкусная. Со Стафеичем «дружим домами». Он изобильно угощает нас маринованной ряпушкой, копченой колюшкой и жареными сижками, которых мы ловить не умеем. Мы, а нас пятеро — один охотник и четыре рыбака, в долгу тоже не остаемся. С нашей стороны на столе постоянно есть рябчики, хариусы, иногда речная форель, 100 грамм вечером за удачу. Разбогатели до того, что теперь у нас есть и керосиновая лампа и керосин! Проблема в том, что у нашего нового друга от старости болят ноги, плохо ходит даже по ровному. Носим его к нам на второй этаж на руках.
В разговорах узнаем много нового, задаем Стафеичу массу вопросов. Он не торопясь, на чистейшем литературном русском языке, обстоятельно отвечает, учит нас великовозрастных балбесов северу:
— Дмитрий, что у тебя болит утром?
Неожиданный вопрос, вот это наблюдательность! Я утром прохожу на охоту в 100 метрах от его дома. Но что он мог заметить, если ничего не болит и вчера я не пил. А может быть болит, но я сам не замечаю? Может быть он, как старые доктора и современные ГАИшники, по лицу определяет скрытую болезнь?
— Тогда зачем же ты ружье несешь вверх стволом?
Вот где ответ! Оказывается карельские охотники носят ружья вниз стволом и стараются не попадаться на глаза друг другу, как бы играют в игру «я вижу тебя». Заметил и затаился– значит Охотник, не заметил – лох с ружьем. Друг к другу без необходимости в тайге не подходят.
Но если что-то случилось и нужна помощь, одевай ружье стволом вверх. Тогда игры не будет и первый встречный, даже не охотник, предложит помочь.
— Стафеич, а почему ты сидишь целыми днями на крыльце со своим биноклем. Холодно же, ветер холодный.
— Сижу потому, что холодно, наступает зима. Можно охотиться на лося. Теперь он не испортится пока буду его солить.
Ответа никто тогда не понял, подумали, что хромой старик ждет сына с Беломорска, сидит на крыльце, вдыхает запахи ветра и вспоминает охоту.
— А лицензия есть?
После минуты напряженных размышлений о том, что это такое, мы получаем ответ.
— Наступает зима. Будет глубокий снег. В тайге будет тяжело ходить.
Вот так. Лицензией оказывается является начало зимы. И с этим строго. Хапуга, который выстрелил по лосю или медведю летом или зимой, но не забрал все мясо, сгноил, или не дай бог отпустил подранка, может в следующий раз в тайге и остаться. От прадедов принцип – бери сколько надо, но не порти. Самок не трогай! Карел различит даже зайчиху и зайца. Поэтому и хватает здесь лосей и медведей. В Белоруссии так нельзя, без инспекторов не обойтись. Охотников слишком мало, членов БООР слишком много да и хапуг хватает.
По случаю болезни ног, сын построил Стафеичу дощатую пристань для катера, которая доходит до самого крыльца его дома. Катер — обычная дюралевая «казанка», зато мотор Хонда – мощный, с электростартером. Мы сидим на его крыльце, смотрим на озеро и сравниваем наши бинокли. Мой орнитологический, светосильный, семикратный. В него не видно деталей противоположного берега. А у него бинокль морской, сорокакратный. В него я отчетливо вижу брошенную деревню и даже окна домов на том берегу.
— Что это за птицы плавают? Вон те, большие.
— Это гагары, ты их не стреляй.
— Только одну! Сколько на озере жило людей раньше?
— Точно не скажу, но в воскресенье на Троицкий остров приходило 140-150 больших лодок. Детей было много. Семьи держали по 10-15 коров ради навоза. Земли всем хватало, но без навоза не родила. Масло возили обозом на ярмарку.
— Зачем собирались?
— К обедни, в церковь, семьями. Церковь и сейчас цела, но звон сняли.
— И все уехали?
— Нет, взяли по разнарядке и мужчин, и женщин и подростков строить Беломорканал. Совсем мало вернулось, все больные, злые. Пить стали много, забыли бога. Старики не справлялись, скот сдали, чтобы не пропал.
Вот как просто, и даже ГУЛАГ не нужен. На меня наплывает дурнота, колет в груди, говорить больше не хочется. Молчим, смотрим в бинокли. На озеро можно смотреть часами. Штиль, солнечная погода. Красота природы лечит душу. Чудится, что разливался над озером степенный, малиновый воскресный звон. Где лежат те по ком звонит колокол?
Неожиданно Стафеич встает, говорит до свиданья, и поспешно идет к лодке. Мощный мотор несет ее «по воздуху» к Троицкому острову. А обычно он ходит по озеру «в пол дросселя».
Наш дом рядом. Боцман просит дать пострелять. Ладно. Уток множество, но мы подкрадываемся на байдарке к гагаре. Она, как самолет, метров 200 разбегается по воде и наконец взлетает. Идем к другой. Выстрел, попадание, нырок. Всплыла! Снова выстрел, попадание, нырок. Как слону дробина. И снова, и снова, и снова. Расстреляли пачку патронов, гагару «уговорили». Пошли к берегу, а трофейный «бронированный крейсер» ожил под передней декой байдарки и начал подавать громкие пароходные гудки. Оказывается кожа у гагары очень толстая, перо густое, теплое и непробиваемое. Стало понятно почему ее не надо стрелять – только патроны переводить, дробь ее не берет. Карелы перевязывают и отрезают крылья, натягивают ее «шкуру» на колодку пером внутрь и, после высыхания, имеют легонький валеночек для дома, который прослужит не один год.
Однако уже вечер, а Стафеич болтается между нами и Троицким островом, вроде бы его несет ветром к берегу. В брошенный на пристани морской бинокль вижу, что он сидит спиной к мотору, значит порядок. Через час, с почти полностью прикрытым дросселем, лодка бесшумно причаливает к пристани. Сзади на длиной веревке привязан огромный мертвый лось-рогач, который оказывается переплывал с гареликов на остров и был замечен в бинокль.
Мы ошалели от такого вопиющего браконьерства.
— !!! ?
— В тайгу меня, молодые люди, ноги уже не пускают, да и мясо сил не хватило бы вынести одному, даже когда был молодой. А вы люди бумажные, помогать не станете. А так засолю, покопчу, ничего не пропадет. Нам с супругой хватит до следующей зимы и сыну лопатку дам.
Что мы могли возразить, имели ли право? Мне 56 лет, а он мне в деды годится. Всю жизнь здесь, последние четверть века один. Знает он поболее про жизнь, про людское горе, про лес, про зверей и их защиту, чем все академики писатели и депутаты вместе взятые. Помнит, что разрешали деды, а что нет. Его озеро, его лес, его закон, его правда. И простая старинная мудрость: «засолю, покопчу, ничего не пропадет, хватит до следующей зимы». А мы залетные горожане, «люди бумажные».

Продолжение следует.

7 комментариев на «Последний из могикан.»

  1. Эррандир говорит:

    Отличный рассказ, спасибо.

  2. Леонид говорит:

    Мне кажется эта статья ответ на вопрос с чего стрелять по кабану — картечью или пулей? Стафеич настоящий хозяин своих мест. Больше чем нужно не возмет, не нагадит, не разрушит. А попался лось, оценил свои силы и взял его. А больше ему и не надо. Воду с пруда можно пить! А у нас в реки с полей химия поподает да еще недостроеные очистные выкатывают все живое. Вот над чем поработать надо зеленым. Из свислочи карася зажариш так голова мазутом пахнет. Культура охоты, ритуалы должна прививаться с самых озов. И этому должны учить, в первую очередь, егера. А поэтому их надо готовить. Конечно же платить им хорошую зарплату. Стафеича учили родители.
    Очень понравился расказ, спасибо.

    • voinovdima говорит:

      Культура охоты является малой долей общей экологической культуры нации, которая в свою очередь является частью менталитета.
      Ментальность конкретного человека характеризуют множество мельчайших проявлений, например:
      абы-как завернутая гайка при сборке или ремонте, брошенный в лесу окурок или пустая пачка от сигарет и т.д. Из этих мелочей вырастают такие проявления, как охота далекая от этических норм (стрельба по кабанам картечью), отечественная техника ужасного качества, недостроенные очистные сооружения, загаженные лифты, стихийные помойки у дачных товариществ и в деревнях. Опорные точки: АВОСЬ и НА МОЙ ВЕК ХВАТИТ. Всеобщая НЕДОДЕЛАННОСТЬ. Далее остается один шаг до Чернобыля.
      Поэтому и надо привлекать внимание в первую очередь к мелочам, характеризующим нашего соотечественника, показывать как есть и как должно быть, чтобы в людях плохое сгнило и стало почвой для хорошего во внуках.
      Учить-поучать нас должны не егеря и даже не призидент. Мы сами для себя должны определяться кто мы есть: все разрушающая плесень или венец эволюции.

    • asvintilova говорит:

      а вы из Свислочи что-то ловите? отважный человек… у меня дядя в последнее время даже на Миснкое море уже не ездит, предпочитает подальше, пусть и убить 2-3 часа в дороге, но чтобы потом эту рыбу есть можно было…

  3. asvintilova говорит:

    есть люди, для которых охота — это развлечение, снаять напряжение, выбросить накопившийся адреналин, а потом снова — на свою бумажную работу. а есть такие, как Стафеич. для него это — просто способ выжить. и тут каждый грамм убитого животного идет в дело. и кожа, и мясо, и кости , и даже копыта, думаю, его жена «пристроит». таким лицензия ни к чему — эти люди сами регулируют свои потребности и больше чем надо не возьмут. а вот многим современным охотникам «ради охоты» стоило бы у них поучиться. ну и конечно же приобрести лицензию на забой животного «просто так»… хотя парочка знакомых охотников говорит, что они таким образом решают вопрос питания в семье, но для них это вопрос альтернативный. а для Стафеича и му подобных — это вопрос жизни и смерти. и назвать его браконьером просто не поворачивается язык…

    • voinovdima говорит:

      В густонаселенных странах, к которым относится и Беларусь, стресс снимать можно и охотой без ружья — почитайте страницу ЖИВАЯ ПРИРОДА..
      Вообще-то адреналин появляется в крови у теплокровных в случае опасности, как превью к атаке и не накапливается, а распадается, стимулируя мышцы. Это слово стали часто использовать не правильно, иногда путая со стрессом.

  4. apetrov говорит:

    Прочитав, приятно удивился. Ожидал найти стандартные фразы о голубых глазах озёр и т.п. О Карелии написано много, и всё примерно в таком духе. А тут — совершенно оригинальные, незатёртые темы, сочные слова, взгляды с иных, неожиданных сторон.
    Интересно.

Добавить комментарий