Мужчина – это пацан, который остался жив. Часть 4. Дружить очень интересно, но дружить против кого-то – интересней вдвойне.

Враг.

В нашем подъезде на верхнем, пятом, этаже жил парторг Субботин. Его не слишком-то за это жаловали взрослые, т.к. на ЧМЗ профессиональных, освобожденных от работы политруков все считали тупицами и дармоедами, которые не дают уставшим людям вовремя вернуться домой.

Продолжение. Начало тут.

Мало того что он был парторгом, он был еще и дружинником. Ярым. Вот это для нас, пацанов, было – как красная тряпка для бычков. Поэтому с его сыном никто не дружил, к нашим делам его не подпускали. Так сынок и рос молодым стукачиком. Кликухи у них были Сучёк и Сучёнок, ну а как мамку Сученка погоняли – сами догадайтесь.

* * *

Я сидел на скамеечке у подъезда, где обычно обязаны сидеть старушки, игрался с ТТшником, т.к. старушки что-то забастовали и не вышли на «работу», никого не трогал, а проходивший рядом Сучек оборзел настолько, что ухватил меня за ворот и забрал пистолет. Да еще и начал угрожать! В пах я его пнуть не смог, т.к. он ухватил меня сзади. Я ему, конечно, вдогонку крикнул все три клички: и его, и сына, и его жены. Но это же несерьезно…

Такое без ответа пацаны оставить не могли.

* * *

Стойки перил в подъездах наших домов были закреплены в бетонные пролеты лестничных маршей заливкой серы. Самой обычной чистой серой строители залили куски опорной арматуры, вставленные в отверстия. Мы об этом прознали и использовали ее для изготовления обычного китайского дымного пороха: 12% серы, 13% древесного угля и 75% калийной селитры. Потом мы придумали заменить уголь на сахарную пудру, мочить смесь, лепить из нее пиротаблетки, а потом высушивать их. Такая таблетка не вспыхивала, как порох, а быстро превращалась в кипящий и бегающий шарик, который зажигал все подряд.

* * *

Месть врагу была произведена в тот же день. Для конспирации наблюдение за возвращением Сучка домой вел наш кореш Зур. А мы с Костей сидели по квартирам и смотрели в окна в ожидании сигнала. Зурок крутился во дворе и одел кепку только уже почти в темноте (сигнал).

Мы выждали 5 минут, выскочили из квартир, повернули дежурные лампочки на 4-м и 5-м этажах так, чтобы они погасли, и подожгли 2 наши пиротаблетки в крепежных углублениях двух стоек перил на верхнем лестничном прогоне. Потом кинулись прилежно делать уроки – не при делах мы!

Расчет был на то, что загорится крепежная сера (а когда она горит, синего огонька практически не видно), горячий сернистый газ пойдет вверх, накопится на 5-м этаже, просочится в дверь, а когда Сучек ее откроет, то получит по заслугам. Мы воспользовались тем, что вторая квартира там была временно не заселена.

В общем-то так и получилось. Сучье племя потом в полном составе плакало, давилось кашлем и рыгало на улице часа полтора, но вот только плохо было то, что, когда газ остыл, он пошел вниз, и пострадали все жители подъезда. И мы с Костей тоже. Не так, конечно, как Сучек, но тоже мало было физического удовольствия. Зато моральное получили по-полной!

Однако мужик не понял, что нужно отдать пистолет и извиниться. Вызвал милицию, написал заявление и этим подписал свой приговор. Нас, конечно, «загребли», но мы уже были «большие», ушли дружненько, как положено, в глухой отказ – знать не знаем, уроки делали дома. Доказухи никакой не было. Попытали-побили, отпустили…

Так никто, кроме моего деда, и не понял, откуда взялся в подъезде сернистый газ. А дед понял потому, что визировал проект этого дома и знал, как закреплены перила. Но он был чемпион по молчанию. За весь день от него можно было не услышать ни одного слова. Приходил с работы, ужинал и садился изучать очередной иностранный язык.

Коллекционирование языков было его хобби. К концу жизни он свободно читал специальную и художественную литературу на 17 языках и общался с иностранцами.

Дед-бог, небожитель — это просто здорово. Он знает ответ на любой, самый сложный вопрос, и только на секунду задумается чтобы превратить «абсолютное знание» в доступную для внучка-гавнючка форму. Нужно только обратиться к нему «в приемное время» вне его кабинета, иначе он просто не обратит на вопрос внимания, не услышит. В тоже время ему абсолютно по-барабану все детские шкоды.

* * *

Не дождавшись извинений от Сучка, мы на «военном совете» решили, что от этой мрази, которая вызвала милицию, район нужно очистить. Ждали удобного случая.

Скоро Сучек стал «злоупотреблять служебным положением» и заставлять водителя цехового автобуса возить его на обед. Правда, водила сам был не против, т.к. жил по соседству. Автобус он оставлял у торца нашего дома. Об этом нам рассказал сын водителя.

Когда Сучек в очередной раз приехал на обед, мы тихонечко поднялись на чердак, вылезли на крышу и кинули несколько больших пиротаблеток на крышу автобуса. Самым сложным было бесшумно пробежать по крутому скату крыши, быстро спуститься с чердака по железной вертикальной лестнице и закрыть люк, т.к. лестница находилась рядом с его дверью. Потом мы опять сели прилежно делать уроки.

Крыша автобуса, конечно, обгорела, нас никто не заподозрил, Сучка выгнали из парторгов, т.к. он не смог ответить директору на вопрос, зачем взял автобус с территории завода. И стал он мастером в горячем цеху.

Это уже была победа! Не полная, но победа.

Хорошо, что мы еще не научились тогда делать термитные таблетки, которые легко прожигают даже толстый металл.

 

Победа над врагом.

Я не помню, кто и по какому случаю привел нас на соревнования моделистов-ракетостроителей. Когда «космические корабли стали бороздить просторы вселенной», это моделирование стало повальным увлечением пионеров.

Ракеты стартовали вертикально вверх по тонкой стальной спице, поднимались «в стратосферу», выстреливали парашютик и плавно опускались вниз. Выигрывал тот, у кого она выше взлетела и кто красивее ее раскрасил. Друзья были в восторге, а меня эта техника не впечатлила. Ну взлетают, ну не падают, а мягко приземляются, ну раскрашены красиво. А толку. Летят-то только вверх.

Вот я и задумался, как заставить ракету лететь туда, куда нужно, как пуля. Начал экспериментировать, никому ничего не рассказывал, ни с кем не советовался. Родители не знали, зачем и почему я толку уголь, серу и селитру в фарфоровой ступке для измельчения химических реактивов, их не интересовало, где я ее взял, что клею и строгаю. Мои постоянные «технические закидоны» всем давно надоели. Ну мудрит и пусть мудрит, лишь бы снаряды и мины в дом не тащил.

Очень долго ничего не получалось. Ракета даже не летела, только горела. Энтузиазм то пропадал, то обострялся. Только через полгода смог сделать ракету 5 см длиной и диаметром чуть больше карандаша, которая летела прямо в заданном направлении, выпущенная из специального пистолета, который представлял собой трубу от пылесоса с прицелом и деревянной рукояткой.

После этого я поделился идеей с Котом и Зуром. Кроме того, мой одноклассник догадался смешать марганцовку с порошком серебряной краски и получил довольно мощную взрывчатку. Втроем дело пошло быстрее. Теперь эти маленькие ракетки имели двигатели длиной 2см и боевую часть длиной 2см. Могли прицельно пролететь 100 метров и взрывались при ударе о стену. При этом возникала ослепительная белая вспышка и выбивался приличный кусок штукатурки.

Целая общая тетрадь была исписана записями, выполненными детским почерком с многочисленными ошибками, описывающими все нюансы технологии. Записи были зашифрованы наивным детским шифром – после каждого слога добавлялся лишний слог «са». Получалась китайская грамота если читать вслух. Но если строго придерживаться описанной в тетради технологии, то все изделия имели одинаковую баллистику, а это было очень важно.

Позже мы усилили у них боевую часть. Она стала состоять из цилиндрика настоящего тола диаметром 7 мм и длиной 2 см. Эти штучки уже не только сбивали со стены штукатурку, но и разворачивали кирпичи хотя мы еще не знали о параболической передней поверхности кумулятивных зарядов. Ракетки после взрыва исчезали бесследно, если не считать следом мельчайшие кусочки газетной бумаги. Правда, с конструкцией надежного взрывателя провозились очень долго. Тол – такая штука, которую очень сложно подорвать.

* * *

Есть такая непонятливая порода людей, которая никак не может понять своего места. Сучек после разжалования из парторгов стал еще более ярым дружинником. Поэтому целью №1 для первого «боевого применения» нашего «секретного оружия» стал он, и мы и влепили ему ночью такую ракетку в открытое окно спальни. После этого он уволился с ЧМЗ и вообще съехал из района…

Читать далее.

2 комментария на «Мужчина – это пацан, который остался жив. Часть 4. Дружить очень интересно, но дружить против кого-то – интересней вдвойне.»

  1. Татьяна Дерябина говорит:

    Дмитрий, так Вы же отпетый хулиган!)))

    • voinovdima говорит:

      Пацаном был, пацаном и умру 😉 Пока не отпетый и отпевать не надо!

Добавить комментарий