Александр Гладкий. Война. Часть 5. Каратели.

Немецкие каратели нередко появлялись в партизанской зоне, поражая местных жителей и партизан своей немыслимой жестокостью. Казалось бы, как цивилизованные люди, простые немцы – рабочие, крестьяне, бюргеры могут быть такими изуверами?

Продолжение. Начало тут.

Нелюдями их сделала пропаганда и эффект толпы. Практически после каждой значимой партизанской вылазки следовала карательная экспедиция, имеющая целью запугать патриотов лютостью наказания и сломить сопротивление. Гибли люди – подпольщики и невинные граждане, но зверства фашистов давали обратный эффект: партизаны, потерявшие близких и родных, стремились отомстить за их смерть, ожесточались и все масштабнее и чаще становились их операции.

Деревня Гаище располагалась на возвышенности над долиной красивейшей речушки Птичь и с нее хорошо просматривалась дорога, опушки Старосельского леса и само Старое Село, поэтому о появлении карателей, обычно, узнавали заранее – действовала хорошо отлаженная система наблюдения за местностью и когда в пределах видимости появлялась немецкая цепь или бронетехника с карателями, у партизан и местных жителей был небольшой резерв времени, чтобы покинуть свои дома и скрыться в лесу, но не каждому это удавалось и было под силу…

В начале войны одну карательную экспедицию немцев Жорж пересидел в схроне-землянке в саду, в которую вел ход из спальни дома. Немцы тогда нагрянули неожиданно, ночью, причем, двигались по заснеженному полю в белых маскхалатах и смогли подойти незамеченными очень близко – поздно было бежать в лес. Каратели тогда окружили и сожгли Старое Село с прилегающими деревнями Меньшовка, Козловка, Богиновка, многих жителей угнали в Германию. Гаище в ту ночь уцелело.

Позже, во время следующей карательной акции немцев погибли родственники Жоржа – дядя и его невестка.

— Немцы! Все уходите в лес! Быстрее! Каратели идут! – кричал, пробегая по улице, парень из соседней деревни.

Жорж, схватив винтовку, выскочил во двор и за околицей увидел немецкую цепь, быстро продвигавшуюся по полю к деревне.

— Надо предупредить дядю Федора, — мелькнула мысль и парень побежал к дому родственника, чей сын-партизан недавно погиб в бою.

— Дядя Федор! Немцы за околицей! Быстрее в лес! — крикнул Жорж, забежав в дом, и побежал дальше к лесу.

Дядя вышел за калитку, посмотрел на приближающуюся цепь карателей и вернулся в дом: он понял, что ему – пожилому человеку и его беременной невестке до леса не добежать – догонят или на бегу застрелят.

— Будь, что будет, — решил он, помолившись на образа.

Его застрелили прямо в доме, а невестку во дворе, разрывными пулями, так что, не родившийся ребенок лежал на снегу рядом с изуродованным телом матери…

Тогда в Гаище немцы убили всех, кто не успел убежать в лес и кого нашли в домах. Мать Жоржа и сестры успели скрыться и остались в живых. Дом тоже уцелел – не найдя никого внутри, немцы его не тронули.

Однажды зимой, Жорж с товарищем ехали на санях из лесного лагеря в деревню и на въезде в нее увидели колонну полугусеничных бронетранспортеров с немцами, на большой скорости движущуюся в их сторону. Жорж развернул лошадь и помчался в обратном направлении по дороге через деревню Малашки, крича жителям, что идут каратели, однако немцы их настигали – расстояние между ними быстро сокращалось.

— Давай сюда! – крикнул Жорж, въехав в следующую деревню Перхурово и остановив лошадь на улице.

Через чей-то двор они выбежали на поле, где стоял стог и крестьяне молотили овес.

— Продолжайте молотить! – приказал Жорж крестьянам, забираясь в стог. – Вы нас не видели!

Работающих крестьян немцы не тронули и спрятавшихся партизан не заметили, а одного бойца, который бежал из Малашек по полю к лесу, настигли и переехали гусеницами. Ногу его привезли в Перхурово и бросили на улице для устрашения.

Читать далее.

Добавить комментарий