Где рыба?

 

                                                                       В двух предыдущих статьях мы разбирались,

как и под какими  предлогами

сводят лес в Республике Беларусь.

Теперь ответим на вопрос: где рыба,

почему ее становится меньше из года в год? 

 

Для начала перечислим факторы, негативно влияющие на количество и размер рыбы в водоеме.

  1. Факторы, которые контролирует Госинспекция:

1.1. Рыбалка. Госинспекция контролирует этот процесс, но, несмотря на ограничение по количеству добытой рыбы, на некоторых водоемах рыбаков так много, что вылавливается почти вся рыба, и это уже не под контролем инспектора.

1.2. Подводная охота. Набирающий силу способ добычи рыбы. При добыче рыбы с помощью подводного ружья в водоеме остается много раненой рыбы, которая не учитывается в нормах добычи, но уже и жить не будет. Например, в результате обследования дна Полоцкого водохранилища в нижней его части, выполненного инициативной группой дайверов летом 2017 года, обнаружено очень много мертвых сомов и щук, которые побывали на гарпуне. Кроме того, подводные охотники часто грешат охотой в ночное время, когда рыба практически беззащитна.

1.3. Спортивная рыбалка. Это когда пойманную рыбу выпускают. Но чаще всего рыба, побывавшая на крючке и в руках, погибает.

1.4. Браконьерская  добыча рыбы. Сейчас на черном рынке можно купить любые браконьерские снасти: от мерёжи до электроудочки и даже тола. Госинспекция отлавливает, наказывает астрономическими штрафами, но от этого браконьеров не становится меньше.

1.5. Мытье машин в водоохранной зоне. Часто владельцы машин просто не понимают, какой вред приносят водоему. Даже на большом удалении от реки или озера масло и прочая дрянь, смытая с машины, в конце концов попадут в водоем. Или понимают, но говорят: «А где же я еще машину помою?»

1.7. Засорение водоохранной зоны (и вообще, лесов и полей) бытовым мусором после «шашлыков» или просто перекуса при сборе ягод и грибов: ПЭТ-бутылками, упаковкой продуктов, разовой посудой, пустыми пачками сигарет, окурками и т.д. Не говоря уже о несанкционированных свалках.

1.8. Сдача водоемов в аренду. Рыбацкий туризм. Госинспекция это контролирует, но толком не знает, как это сделать.  В результате чаще всего вся рыба за время аренды просто вылавливается.

Все факторы, конечно, не перечислишь. Но общая картина ясна: увеличение количества личного транспорта, когда каждый жук и жаба прикупили авто, антропогенный пресс на водоемы со стороны населения многократно вырос. А Госинспекция не может проконтролировать всю эту массу выездов на природу.

 

  1. Отравление промышленными и сельскохозяйственными выбросами.

Безусловно, контролируется Госинспекцией, но лишь тогда, когда наступили летальные последствия для всего водоема на долгое время. Иногда на многие годы. Профилактика таких выбросов инспекцией практически не проводится. Предприятия, у которых вот-вот переполнятся навозные чеки, не закрываются до устранения причин возможного выброса (хотя такое полномочие у инспекторов есть). В настоящее время ответственность за это должностных лиц явно недостаточна.


3.Теперь посмотрим на факторы, которые Госинспекция контролировать не может (или не хочет):

3.1.«Лишняя вода». Мелиорация и спрямление рек во 2-й половине прошлого века и новая мелиорация, толчок к которой дало заявление Президента Республики Беларусь в апреле 2014 г. после инспекционного пролета на вертолете над Полесьем. Как следствие – деградация нерестилищ, нарушение гидрологического режима водно-болотных комплексов.

3.2. Зарыбление водоемов не той (инвазивной) рыбой. Например, известно, к чему привело зарыбление Новолукомльского водохранилища толстолобиком. А сейчас озера Браславской группы зарыбили сазаном!

3.3. Ливневая канализация в городах без очистки стоков. Самые загрязненные реки в Беларуси – Свислочь (ниже Минска), Уза (ниже Гомеля) и Уша (ниже Молодечно).

3.4. ГЭС нарушают привычные пути миграции рыбы. При скате через турбины ГЭС практически все особи получают сильные травмы: выпучивание глаз, повреждения чешуйного покрова и позвоночника, выворачивание желудка через ротовую и жаберную полости, разрыв плавательного пузыря, кровоизлияния и пузырьки газа во внутренних органах. Более 75% рыб погибают в течение часа.

3.5. Кислотные дожди в местах с повышенной загазованностью.

И не только в местах с повышенной загазованностью. Любой дождь и снег сейчас кислотные, разница только в концентрации кислоты в капле.

4.Теперь я назову самую существенную причину того, что рыбы в водоемах становится все меньше и меньше, о которой забывают даже «зеленые». Это медленное, но повсеместное (и в лесах, и на полях), отравление и деградация почвы. Это отравление вызвано общей интенсификацией сельского хозяйства и вырубкой лесов. Как следствие – отравление земли удобрениями, гербицидами, пестицидами и горюче-смазочными материалами. Даже если сейчас, вдруг, прекратить полностью это безобразие, земля очистится от отравы через многие десятилетия, и снова в наших водоемах появится пескарь, перестанут болеть раки, возможно, вернется в реки форель и хариус. Но именно пескарь является индикатором чистоты водоема. Он любит чистый (без тины) песочек, он требователен к обилию кислорода в воде.

Процесс отравления очень медленный, не так заметный, как прямые выбросы. И он повсеместный. Поэтому он так опасен. После прямого выброса водоем может восстановиться, а постепенное отравление почвы удушает реку окончательно и бесповоротно.

В этом году мои друзья, которые живут на хуторе в лесу в Налибокской пуще, решили в очередной раз проверить свой лесной колодец, который снабжал их родниковой водичкой многие годы и который они проверяли 3 года назад. Они не занимаются грядками, ближайшее поле находится в 5 км от хутора. Результат последней проверки – многократное превышение нормы нитратов в воде. Вот вам и водоохранная зона в 400 м! Нитраты просочились и в него. На расстояние 5 км! Подземные пути воды неизвестны, таинственны, и то, как проникает химия в почву, на какое расстояние, никто не знает.

А бывает иногда и ноль метров между полем и водотоком.  На фото, которое сделано на территории СПК «Придвинский» Шумилинского района, расстояние от точки съемки до Западной Двины всего 1,5 км по каналу. Фактически прикормка удобрением вносится прямо в реку.

Внесение удобрений для прикормки.

Как удобрения «работают» в водоеме? Попадая в водоем, удобрения медленно (много лет) накапливаются в донном слое. На «удобренном» песочке развиваются бурые водоросли и тина, которые активно поглощают кислород. Песчаные отмели исчезают, покрываясь мерзкой тиной. На рассвете часто слои этой тины, насыщенные пузырьками, отрываются ото дна и плывут по поверхности реки, напоминая своим видом прямой выброс из навозного чека или с полей фильтрации. Рыба задыхается и зимой подо льдом (когда тина разлагается), и в разгар лета, когда живая тина поглощает кислород.

В кислородном балансе водоема немалую роль играют и ГСМ, поступающие с полей и из лесов.

— Лопнувший шланг высокого давления в гидроманипуляторе лесовоза выбрасывает в лес практически весь бак рабочего масла очень быстро, а это 60-80 л.

— В пилах двухтактное масло не сгорает (оно и не должно сгорать), но никто не озабочен тем, что это масло должно быть органическим, а не минеральным, т.е. быстро разлагающимся на безвредные компоненты при попадании в лесные угодья (как это принято у шведов, у финнов).

— В всех колхозах и лесхозах масло только подливают в технику, не меняют. оно постепенно уходит через многочисленные протечки в двигателе и трансмиссии.

В результате огромная масса ГСМ, которую потребляют колхозы и лесхозы Беларуси, «размазывается» по полям и лесам.

Минеральное масло рано или поздно попадет в ближайший водоем и образует тончайшую, не видимую глазом, пленку на поверхности, которая перекрывает доступ кислорода к воде.

С этими двумя факторами можно бороться: есть стандарты ЕВРО-n для техники, грамотные методы внесения и дозирования удобрения и т.д. Двухтактные минеральные масла вообще нужно запретить на территории страны. Но никто этим не занимается, никто этот процесс не контролирует.

В сочетании с уменьшением водоохранной зоны лесов все это может привести к очень быстрому, полному  и повсеместному умерщвлению водоемов Беларуси в течение ближайших 20 лет. Они и так уже почти мертвы: отравлены нитратами, гербицидами, пестицидами  и ГСМ. Осталась только сорная рыба: плотва, щука и т.п.,  т.е. рыба, не требовательная к количеству кислорода в воде. О привычной нашим прадедам благородной рыбе мы уже забыли и покупаем искусственно выращенный за границей сибас (если деньги есть), а традиционные для старинной кухни пирожки с раками это вообще что-то непонятное.

Как в большом городе: из-за того что воздух в нем плохой, население чаще болеет, чем в сельской местности, так же и в водоеме: дышать почти нечем, рыба болеет, некоторые породы рыбы не выдерживают такой антропогенной нагрузки на водоем и вымирают, оставшаяся рыба мельчает. Много рыбы в реках Сибири, крупной – кислорода, сколько хочешь. У нас тоже раньше так же было.

 

Поэтому так актуально наладить общественный контроль (не государственный) за насыщенностью кислородом воды силами волонтеров, постоянно проживающих у рек. Пусть человек (волонтер, получивший анализатор количества кислорода в воде) ежедневно в одно и тоже время берет пробы воды, анализирует ее на количество кислорода и передает данные в центр. В центре – сайт с интерактивной картой, на которой отмечены места забора воды и графики по каждому месту за много лет как в прямом, так и логарифмированном виде. Вот тогда, через несколько лет, «зеленые» будут иметь портфолио для аргументированных претензий к государству.

Оборудование для одной точки забора воды не очень дорогое, но и не дешевое: в розницу порядка $200 на АЛИ. Я себе такой прибор купил и контролирую воду в Западной Двине уже 3 года.

Я предлагал эту идею, когда охотхозяйство «Красный Бор» раздавало гранты на исследования природы, но деньги распилили те, кто ближе к кормушке, более прыткие, и они ушли на обустройство родником наперегонки с попами 🙂 – на популизм. А так бы уже имели картину по кислороду за несколько лет.

Раньше воду черпали с реки и пили, а теперь даже кипячение не удаляет химию, которая содержится в воде.

Ссылка по теме: Каждый третий исследованный эпидемиологами колодец не соответствует принятым нормам по нитратам.

2 комментария на «Где рыба?»

  1. voinovdima говорит:

    Есть в правилах минимальные размеры рыбы (по породам), которые можно ловить и забирать себе, а более мелких нужно отпускать. Так теперь уже таких рыб просто нет или очень редки. Дожили…

  2. Privodchik говорит:

    Все верно и очень четко расставлены акценты.
    По сельхоздеятельности могу добавить желание многих аграриев улучшить результат за счет запахивания пойменной водоохранной зоны и обочин, что как не странно даже при малой результативности в урожайности существенно повышают показатели в центнерах с выделенного гектара…
    Мелиоративная деятельность в условиях малого финагсировантя ведется исключительно в сельскохозяйственных интересах.. заросшие от пестицидов озера не чистятся, акведуки и ливневки уберегавшие реки от прямого стока не ремонтируются..

Добавить комментарий